Семья погибшей малышки живёт в 6-квартирном доме около станции «Виестури». Утром 26 июля 2-летняя девочка, которая, пока оба родителя находились на работе, была оставлена под присмотром бабушки, самостоятельно пошла на прогулку в сторону станции. Достигнув путей, ребёнок приблизился к ним. Как назло, по путям в этом время проезжала дрезина. Поезд зацепил девочку, в результате чего Габриэла получила серьёзную травму голову. Смертельную травму.
«Ребенок появился как оловянный солдатик»
В день, когда в Виестури приехали журналисты, на ж/д ничего не говорило о трагедии: тишина, за два часа ни одного поезда и лишь три проехавших по переезду автомобиля.
— В то день я не работал, но хорошо знаю о том, что произошло, от коллег, — поделился встреченный на путях рабочий. – Ребёнок появился на рельсах неожиданно, как оловянный солдатик. Машинист начал экстренно тормозить, но было уже поздно. Её зацепило выступом ступеньки и протащило около двух метров вперёд – скорость была маленькой.
— Железнодорожники виноваты? Конечно же, нет! Ребёнок был оставлен без присмотра и один находился на путях в сотне метров от дома. Родители виноваты, что оставили дочку с больной бабушкой, — уверен собеседник.
Предприятие Latvijas dzelzceļš официальных комментариев не даёт – идёт расследование инцидента. Но чисто по-человечески сочувствует трагедии:
— Мы в шоке. Только в начале года порадовались, что на путях не погиб ни один ребёнок — и тут... Главный вопрос: что девочка делала на рельсах? Машинисты – не автоводители, соревнований на скорость они не устраивают. Все скорости фиксируются, а в остальном разберётся полиция.
Тихое место окропилось кровью
«Здесь всегда было очень тихо» — так о жизни в местечке Виетури рассказывают местные.
— Ранее, ещё несколько лет назад, здесь каждые 15 минут проезжали грузовые составы, а сейчас такого нет, редко очень ездят. Пассажирские поезда ходят лишь раз в клнце недели – по два состава туда и обратно. И у нас они даже не останавливаются. В общем, таких трагедий у нас никогда не было.
В день, когда погибла Габриэла, в Виестури собралось много рабочих в форменной одежде Latvijas dzelzceļš – начались ремонтные работы. Пригнали две дрезины, которые помогали чинить рельсы.
— К сожалению, у бабушки, с которой оставили маленькую девочку, совсем плохо со здоровьем: у неё проблемы с ногами и слухом, — рассказали соседи семьи Хофманисов, которые уточнили: от их дома до места, где произошла трагедия, 200 метров. Сейчас здесь горят свечи и лежат цветы.
Девочка даже не успела испугаться
Известно, что часть пути до железной дороги девочка самостоятельно прошла по грунтовой дороге, где ездят автомашины.
С журналистами на контакт пошёл отец погибшей малышки Гундар:
— Сказал жене, чтобы она уже пошла на работу (она работает на свечном производстве в Добеле), развеяла мысли, побыла среди людей, а то всё время сидит дома и плачет. Самоуправление нам предлагало помощь психолога, но мы отказались. Надеемся, что сами справимся. Старшая 13-летняя дочь сейчас на время переехала к другой бабушке – к моей маме в Елгаву.
Тёща, которая в злополучный день не досмотрела за Габриэлой, сейчас сидит дома. Говорят, она очень плоха, сильно переживает о случившемся и с ней лучше не встречаться.
Утром 26 июля Гундар, как и последние восемь лет, был на работе – в Елгавском автобусном парке, он шофёр. На смену он пришёл ещё ночью. Около 11.00 утра, когда Гундар дожидался своего последнего рейса в Ригу, раздался звонок со страшной вестью. Коллеги и начальство без разговоров отпустили отца — он помчался домой. По пути несколько раз звонил соседке, спрашивал, в какую больницу повезли его дочь, чтобы быстрее приехать туда. Но всё время получал ответ: «Скорая помощь всё ещё стоит на месте, быстрее едь домой...»
— Там ещё Добельское шоссе ремонтировали, я физически не мог ехать быстрее, как хотел. А когда приехал, дочку уже увезли в Елгавскую больницу, а не в Ригу. И тут я всё понял. Да чёрная кровь на бетоне переезд ни о чём хорошем не говорила. Я когда-то работал в больнице шофёром, знаю, что это значит. Я когда мне уже сообщили, что Габриэла умерла, наступил шок.
Позже врачи сказали отцу, что смерть от черепно-мозговой травмы наступила мгновенно, девочка даже не успела испугаться или почувствовать боль. На её теле не было ни единого синяка. Лишь пробитая голова.
Любовь к поездам и телефонам
Отец не перестаёт задаваться вопросом – «почему это произошло?»
— В то утро было +30 градусов, жарко, входные двери открыты. В какой-то момент бабушка вышла на улицу развесить бельё. Она была уверена, что маленькая осталась в комнате смотреть телевизор – она это очень любила, щёлкала пультом. Старшая сестра ушла отдохнуть. А на переезде в это время было шумно, много рабочих, наверняка Габриэлу это и привлекло и она пошла посмотреть. Хотя ранее она наблюдала за поездами лишь через окно, в сторону станции никогда не убегала. И тут вдруг пропала, даже бабушка не успела заметить, как ребёнок ушёл. Я и представить себе не мог, что она может так далеко уйти.
Малышка не очень любила свои игрушки, её больше привлекала техника: телевизионный пульт, мобильный телефон.
— Мы в гробик ей телефон положили... – добавил убитый горем отец.
Родители не ищут виновных
В местечке Виестури семья живёт последние 14 лет, здесь же выросла старшая сестра Габриэлы.
— Я по натуре горожанин, два года назад хотел с семьёй вернуться в Елгаву, но как-то не сложилось. Здесь хорошо: тихо, нормальные соседи, есть где машину оставить, — указывая на три своих авто, добавил Гундар.
Последнюю свою машину он купил за день до трагедии – хотел покатать своих девочку, но так как надо было рано вставать на работу, поездку отложили на следующий день.
— Произошедшее – это либо несчастный случай, либо наша судьба такая. – Я раньше очень боялся, что дети могут утонуть в пруду у дома. Переживал, что могут обжечься о чайник или кастрюли. Купили девочкам двухэтажную кровать, но и тут сердце что-то предчувствовало: маленькая всё время норовила залезть на верхний этаж. Но что это случится на железной дороге, мне и в голову не приходило...
Сейчас решение о переезде уже принято – этот дом останется для семьи Гундара «как деревенский вариант».
— Вы не смотрите, что у нас тут во дворе трава не кошена две недели, я просто не могу. У меня хоть ещё и отпуск, но, наверное, надо быстрее на работу выходить. Дома всё время депрессия точит, не могу свыкнуться, что Габриэлы больше нет.
Сейчас единственное желание главы семьи – чтобы следствие побыстрее закончилось.
— Мы не получили заключений из полиции, Latvijas dzelzceļš тоже пока отмалчивается, что наводит на мысль, что «дело не чисто». Но мы виновного не ищем, мы сами в этом виноваты. И я не встречался с тем человеком, который управлял дрезиной – что я ему скажу, что он мне скажет, зачем?..
Kriminal.lv в Телеграме
