— Виктор Васильев: Каковы были причины вашего отъезда из СССР?
Эдуард Тополь: Я уехал из Союза с «идеей фикс», которая, в общем, и стала основной побудительной причиной моего решения. Все остальное – уже детали. Так вот, я задумал написать роман о еврейской эмиграции из России. Это замечательный журналистский материал, переломный момент в жизни массы людей, драматические судьбы, комические, трагические... Я четыре года сопротивлялся своему замыслу, но потом понял, что не смогу устоять.
Поэтому, когда попал в Италию, то, даже уже получив визу, разрешающую мне въезд в Америку, еще три месяца пробыл в Италии, уже без всякого пособия. Жил на подаяние, меня просто кормили друзья. Я собирал материал впрок, в том числе о русской мафии в Италии.
В.В.: В России утверждают, что в судах США предвзято относятся к россиянам. Правда ли это? Вы ведь живете на две страны и имеете возможность сравнить.
Э.Т.: Понятно, что в Америке суды более независимы. В России, несмотря на внешние признаки независимости суда, на определенном уровне существует «телефонное право» или начальственное влияние. Знаю это и по себе – я ведь тоже имею некоторый опыт хождения по судам.
Что касается предвзятого отношения к русским, то мы же сами его и сформировали. У меня есть документальный книга, изданная в Америке – «Охота за русской мафией». Я сделал ее на основе бесед с Питером Гриненко и Биллом Мошелло – агентами ФБР, которые занимались российским криминалом в кругах нашей эмиграции в Америке. Поэтому я знаю эту тему «из первых рук».
Гриненко говорил по-русски, но не мог писать. Он родился в Америке, бабушка его говорила по-русски. Поэтому, наверное, Питера и сделали главным охотником за русской мафией. Он говорил: «Ты понимаешь – вот есть итальянская мафия, которая пришла до вас. Но это примитивные люди – быки, бандиты, громилы... А вы приехали чуть ли не все с высшим образованием. Но дело даже не в этом. В Америке, например, до вас не разбавляли бензин водой».
Кроме того, я просто лично кое с кем знаком ... Однажды мне из американской тюрьмы звонил господин Иваньков (Вячеслав Иваньков, он же «Япончик», в 1992 году уехал в США, в 1995 году был арестован и осужден, в 2005 году выслан в Россию, убит в 2009-м году – ГА) и уговаривал написать о нем книгу, какой он политический диссидент.
В.В.: И почему вы отказали Япончику, ведь его биография – практически готовый роман?
Э.Т.: Потому, что он не политический диссидент. Он убеждал меня, что я должен о нем написать именно в таком ключе. Но я же знал, что это не так. А его судьбу я не изучал. Я знал, кто он такой. Ему передали мой телефон, спросив, может ли он мне позвонить. Я согласился. Минут сорок мы разговаривали. Все.
В.В.: Вы говорили, что в России способствовали созданию своего негативного имиджа. Каким образом?
Э.Т.: Вместе с нашим потоком (еврейской эмиграции – ГА) накануне Олимпиады 1980 года КГБ просто выбрасывал из страны уголовников – при этом не важно, какой они были национальности. Давали им еврейский паспорт и говорили примерно следующее: «Или мы продлеваем тебе срок заключения, или ты – Рабинович и вон из страны!». Конечно, все предпочитали брать паспорт Рабиновича и уезжали. А потом воры в законе на Брайтоне продолжали заниматься своим привычным делом. И это формировало общественное мнение.
Газеты не будут писать о том, что какой-то эмигрант открыл свой докторский кабинет, стал нормальным человеком, замечательным врачом, техником или основал компанию и успешно влился в американское индустриальное общество. Представители русской диаспоры продвинулись во многих областях. Но газеты же про это не будут писать, им это не интересно. В американских СМИ нет рубрики «Герой капиталистического труда». А преступление – это как раз на первую полосу. Поэтому постепенно и создалось такое мнение – раньше была итальянская мафия, а сейчас есть «русская».
Kriminal.lv в Телеграме
