А главный «надсмотрщик» над ними Эйнар Репше гордился тем, что сумел занять высокий пост президента Банка Латвии, не имея соответствующего образования, пишет журнал ЖЗЛ.
На рубеже 80-90-х годов латвийские банки существенно отличались от того, что принято считать банковским бизнесом сегодня. В стране существовали только государственные банки, и у каждого было свое предназначение — один занимался расчетами между госпредприятиями, другой хранил вклады граждан, а третий проводил сделки с внешним миром. Предоставление кредитов банки советского образца по большому счету игнорировали. «Получить кредит практически невозможно. (...) Мне обязательно нужно сохранить по крайней мере 50-процентную рентабельность, потому что иначе мне кредит никто не даст. В нормальном обществе банки стимулируют экономическое развитие, а у нас, наоборот, тормозят», — описывал положение Арнолд ЛАКСА, позже ставший президентом Latvijas Krājbanka, а в то время возглавлявший предприятие по производству изделий из пластмассы Polix и вряд ли помышлявший о карьере финансиста.
Но в действительности достать кредит было возможно, все зависело от связей на разных уровнях. Миллионер Валерий БАРЬЕР в интервью журналу Nedēļa позже вспоминал: «Я брал кредит в банке, это не составляло проблемы. Господин Алфред БЕРГС-БЕРГМАНИС в государственном банке подписывал ссуду на сумму 300 млн. латвийских рублей. Эти деньги мы пускали в оборот в течение месяца — закупали бензин и тут же продавали. Прибыль составляла около 500%. И мы опять брали кредит и опять все повторяли. Мы воспользовались благоприятным моментом, и прибыль была ненормальной».
А в начале 1992 года в прессе появилось сенсационное сообщение: в Рижском аэропорту задержан коммерсант, которого подозревают в небывалой по размаху афере, в которой фигурирует впечатляющая сумма — 100 млн. рублей. Но на самом деле никакой аферы не было. Оказалось, что Latvijas Krājbanka довольно легкомысленно выдал председателю кооператива Vasara, некому Эдгару ВАРПЕ гарантийное письмо, которое позволяло ему распоряжаться такой суммой. За красивые глаза такой документ, конечно, никто выдать не мог — по сведениям полиции, для этого коммерсант дал первому заместителю председателя правления банка Анатолию КУШКИНУ взятку в размере 9500 рублей.
Официально эти 100 млн. рублей предназначались для приобретения и дальнейшей перепродажи товаров широкого потребления, однако, как писала газета Diena, план был совсем иным — поменять рубли на 4 млн. долларов, потому что тогда был очень выгодный курс. И не исключено, что сделку удалось бы провернуть, если бы не огромная сумма, которая привлекла внимание стражей порядка.
В таких условиях появление первых частных банков было неизбежным, и еще не воссозданная до конца Латвийская Республика дала им зеленый свет весной 1990 года, приняв Закон о банковской деятельности. Он разрешал учреждать коммерческие банки не только государству, но и кооперативам и другим юридическим лицам. Однако на практике некоторые коммерческие банки начали работу еще до принятия этого закона.
«В Латвии коммерческая банковская деятельность начала развиваться в 1988 году, когда были учреждены первые коммерческие банки — Rīgas starpreģionālā banka Baltija (позже Banka Baltija) и Inovācijas banka (позже Latvijas Rekonstrukcijas un attīstības banka). В 1989 году к первым двум коммерческим банкам прибавились еще четыре — Rīgas komercbanka, Simkass (позже Kredo banka), Rīga-banka (позже Trasta komercbanka) и Zemes banka. Процесс учреждения первых банков был сложным и тяжелым, потому что лицензии нужно было получать в Москве, в Госбанке СССР», — описывает процесс становления местных банков Латвийская ассоциация коммерческих банков.
До конца 1990 года в Латвии оставалось всего 6 коммерческих банков: Latvijas Rekonstrukcijas un attīstības banka, учрежденный Волдемаром СЕЛГОЙ, возглавляемый Владимиром КУЛИКОМ Rīgas komercbanka (который позже, 6 ноября 1990 года получил от Банка Латвии первую в стране лицензию на банковскую деятельность), Межрегиональный банк SIMKAS, Rīga-Bank, возглавляемый Андрисом РУСЕЛИСОМ Zemes banka и Banka Baltija (вначале зарегистрированный как C.A.S.I.O). В 1991 году возникло всего 10 банков, но в 1992-м процесс пошел бурно: было учреждено еще 34 банка, а в 1993 году их количество выросло еще на 11. И как им было не плодиться, если минимальный учредительный капитал государство установило в размере всего 5 млн. латвийских рублей, или 25 000 латов?
Процесс рождения банков вполне соответствовал духу тех сумасшедших лет. «Деревянные» рубли вагонами вывозились за границу. Я тоже подключился к этому процессу, но вагонов, правда, не видел, зато видел, как в Москву, где эти деньги еще были в обращении, они вывозились в рюкзаках и даже в ящиках от цветного телевизора «Радуга». И поверьте, по коэффициенту прибыли это было эффективнее, чем возить из Польши компьютеры», — вспоминал позже в интервью журналу Klubs будущий хозяин Trasta komercbanka Вилнис ВИТОЛИНЬШ.
Еще ярче воспоминания об учреждении Vācijas-Latvijas banka будущего премьер-министра Вилиса КРИШТОПАНСА: «Помню, на улице Екаба лежала просто куча кирпичей, а на ней телефон. Он зазвонил, Гирт МЕЛБАРДИС (...) поднял трубку и сказал: Vācijas-Latvijas banka. Когда мы зарегистрировали банк, у нас вначале был всего один кабинет и сейф, а вокруг одни развалины. Первый депозит принес [Александр] СИДЯКИН, тренер Metropole — это были 10 000 долларов, и отдал их Гирту. Тот зарегистрировал и положил в сейф. Сидякин вышел, и мы пошли в ресторан, налили ему, а он говорит: «Что здесь происходит? Принес свои деньги на какую-то стройку, отдал кому-то, напоили меня...»
Особенно привлекательным было то обстоятельство, что в конце 80-х-начале 90-х для учреждения банка был нужен сущий пустяк — немного денег и много смелости. Как рассказывал все тот же Криштопанс, «название Vācijas-Latvijas banka придумал наш немецкий партнер, и оно оказалось удачным. Банк вырос сам на своей прибыли. Мы учредили его на 5 млн. рублей, первый взнос в уставный капитал составлял от 40 до 60 тысяч долларов. Смешно сказать, в то время любой Ваня, который шел по улице, если хотел, мог создать банк».
Но в те сумбурные времена случались и чудеса. Будущий хозяин банка Pareks Валерий КАРГИН, который вместе с Виктором КРАСОВИЦКИМ, Ниной КОНДРАТЬЕВОЙ и Юрисом ВАНАГСОМ получил банковскую лицензию № 32 только в 1992 году (в отличие от лицензии на обмен валюты № 1), вспоминал в своих мемуарах некоего Бориса ГОЛДМАНА, учредившего Doma bankа, который сегодня вряд ли кто помнит. Голдман купил 10% малюсенького калифорнийского банка и получил право называться его совладельцем. Этим правом он пользовался с огромной энергией. Рассказ о том, как житель Плявниеки купил банк в Калифорнии, тогда потряс воображение многих. Чудес в истории становления латвийских банков было немало, о них — в следующих сериях.
текст: Лато ЛАПСА, Сандрис МЕТУЗАЛС, Кристине ЯНЧЕВСКА
Kriminal.lv в Телеграме
