Однако приговор еще можно обжаловать, и, очевидно, это будет сделано. А 2 октября перед судом по аналогичному делу предстанет супруга и бывшая сотрудница SAB Линда Спаране.
Почему именно шпионаж?
Напомним, в апреле 2020-го года, когда Служба государственной безопасности (СГБ, VDD) задержала Айгара Спаранса, речь шла о подозрениях в получении взятки.
СГБ тогда сообщила, что 28 и 29 апреля 2020 года были проведены санкционированные судом процессуальные действия - в том числе обыски, в рамках крупномасштабного уголовного дела по расследованию случаев подкупа.
Шпионаж не упоминался. Однако, как указала СГБ, при обыске были изъяты различные носители информации и документы. У следствия в связи с ними появились дополнительные вопросы.
Как позже было указано: во время обыска в доме Спаранса были обнаружены материалы, составляющие государственную тайну, которые он получил, еще работая в SAB.
1 октября 2021 года Спарансу и его жене было предъявлено окончательное обвинение по статье Уголовного закона о шпионаже. Согласно Уголовному закону, за инкриминируемое Спарансу и его супруге нарушение наказанием могло стать лишение свободы сроком от трех до 20 лет.
Адвокат Спаранса Александр Березин указывал в этой связи: «Моему клиенту не инкриминируется сотрудничество в пользу какой-либо страны. Под шпионажем прокурор понимает сам факт того, что у моего клиента были найдены такие материалы. Мы неоднократно подавали ходатайства о том, что обвинение выдвинуто незаконно и что шпионаж по сути означает сотрудничество в другим государством, действия в интересах другой страны. Однако ходатайства отклонены, причем подчеркивалось, что прокурор — независимое лицо и все решает сам», — указал Березин.
А что же со взяткой в 35 000?
В самом начале следствия - весной 2020-го, программа de facto Латвийского телевидения высказала такую версию: СГБ заподозрила Спаранса в получении взятки в размере 35 000 евро. Показания против Спаранса якобы дал совладелец тукумского аэропорта Константин Солодуха, фигурирующий в различных уголовных делах о торговле оружием и стратегическими товарами.
De facto упомянула в качестве посредников экс-политиков политиков Эдвина Инкенса и Андрейса Пантелеева. Однако с тех пор больше никаких новостей в связи с версией подкупа не появлялось.
Спаранс отправился на пенсию по выслуге лет в конце 2018-го года.
Адвокат Спаранса Александр Березин ранее подтвердил, что предполагаемое взяточничество расследуется в рамках отдельного уголовного дела, следствие продолжается, Спаранс до сих пор имеет статус подозреваемого по делу.
К чему приводят обыски в домах
Отметим от себя: это отнюдь не первое дело, когда вдумчивый обыск и изъятие документов/электронных носителей позже приводят к дополнительным серьезным обвинениям.
К примеру, в уголовном деле экс-начальника рижкой криминальной полиции Андрея Созинова, которое сейчас рассматривается в том же суде Видземского предместья Риги, имеется похожее обвинение в сборе секретной информации путем злоупотребления своим служебным положением в полиции.
В документах, изъятых в ходе обыска - в том числе по месту жительства Созинова в Адажи, были обнаружены как бумажные, так и электронные записи по не менее, чем 98 должностным лицам или сотрудникам, специально уполномоченных на осуществление оперативной деятельности. Причем не только официальных сотрудников правоохранительных органов, но и сотрудников, "осуществляющих оперативную деятельность особым образом".
В ходе следствия выяснилось, что Созинов мог получить эти документы только при исполнении служебных обязанностей в Государственной полиции. То есть: возможно, имело место злоупотребление служебным положением.
На вопрос: зачем Созинов собирал такую информацию и как он планировал ее использовать, обвинение не смогло точно ответить, указав, что это могут быть только догадки. (Если бы было конкретно установлено, кому эта информация могла быть каким-то образом передана, это было бы уже другое обвинение - в разглашении государственной тайны).
Что ж, посмотрим, как оценит все это суд.
Николай Кудрявцев, "Сегодня"
Kriminal.lv в Телеграме
