Это подтвердил известный латвийский адвокат Оскар Роде.
Что в жалобе
Во-первых, адвокаты Михайлова считают необоснованным его содержание за решеткой течение полутора лет. Это долго. Защитники ссылаются на 5-ю статью Европейской конвенции о правах человека. В деле, по мнению адвокатов, отсутствуют доказательства вины Михайлова. Кроме того, он никогда не скрывался от правосудия, и держать его под стражей нет оснований.
Во-вторых, защита считает, что литовская сторона вела в заблуждение латвийские правоохранительные органы. Именно поэтому экс-омоновец без всяких оснований был выдан в Литву, хотя находился в ЛР под программой о защите свидетелей.
Рассмотрение дела по существу в Литве должно начаться 22 июня. У защиты масса претензий к литовским методам ведения следствия. В частности из дела пропал один из протоколов допроса (этот материал мы готовим к публикации в ближайшее время).
О том, какие трудности были у латвийских адвокатов Михайлова, мы уже сообщали. Минувшей осенью был скандал с вывозом экс-омоновца с мешком на голове. Ниже — о том ЧП подробнее.
* * *
В деле рижского экс-омоновца Никулина — ЧП: его вывезли из тюрьмы с мешком на голове, по дороге применяли болевые приемы, привезли в неизвестное место и там «убедительно уговаривали» во всем признаться. Естественно, без присутствия адвоката... Литовские следователи вообще не церемонятся — ни с латвийским адвокатом Никулина, ни с латвийским коллегами-полицейскими...
С момента выдачи Латвией Литве бывшего рижского омоновца Константина Никулина прошло десять месяцев. 18 января 2008 года на закрытом заседании Верховный суд Латвии принял решение о выдаче, несмотря на протесты защиты и присвоенный ранее статус «подзащитного свидетеля» (см. справку).
В Литве он был немедленно взят под стражу, и с тех пор суды регулярно продлевают ему меру пресечения.
О том, как прошел этот год, нам рассказала супруга Константина, Жанна:
— Недавно его перевели в новую камеру — для осужденных. Там просто каземат какой-то! Мокрицы по стенам ползают... Совершенно очевидно, что это сделано с целью психологического давления. Его же еще не осудили и поначалу содержали в более приличных условиях. А тут — телевизор вдруг запретили смотреть, и камера подвальная, сырая. Как это можно истолковать иначе, чем попытку что-то от Константина добиться?..
При этом, по словам Жанны, у нее нет сомнений, что ее муж невиновен в тех событиях 17-летней давности:
— Он вел себя совершенно спокойно, ни от кого не скрываясь. Хотя многие экс-омоновцы уехали в Россию. Но у Константина не было для этого никаких оснований. Жил себе спокойно, работал водителем автобуса в «Ригас сатиксме», как вдруг за ним пришли прямо в автопарк и надели наручники...
Прогулка в мешке
А вот какую жалобу направил недавно сам Никулин-Михайлов генпрокурору Литвы, председателю Верховного суда и еще ряду лиц:
«03.09.2008 днем я был уведомлен об этапировании. Цель и место назначения этапирования мне не сказали. Я был передан сотрудникам ARAS (литовское спецподразделение, имеющее личные счеты к советскому ОМОНу).На меня надели шерстяной мешок, очень сильно затрудняющий дыхание. Надели наручники, которые в машине затянули мне максимально сильно, ударом. Поставили на колени, уткнув головой в сиденье. Наступили на голеностопы обеих ног и сильно на них давили. Люди из ARAS, предположительно 3 или 4 человека, сказали, что в случае освобождения я буду убит ими.
Примерно через 7 минут меня привезли к зданию, которое находится недалеко от тюрьмы, мудя по продолжительности езды. Меня демонстративно проволокли по коридорам, не предупреждая о поворотах и ступеньках. Привели в кабинет, усадили на стул, сняли мешок. Я увидел двоих в штатском, кабинет с мечами на стенках и статуэткой Бен Ладена (опознать сумею — и людей, и кабинет). Один из них представился начальником отдела по борьбе с оргпреступностью. Второй — его подчиненным.
Все время беседы (1-2 часа) меня убеждали оговорить себя, признаться в совершении преступления. На мои вопросы о том, где мои адвокаты, мне было отвечено, что в этой беседе я без них обойдусь... После этого мне снова надели на голову мешок и отправили обратно в тюрьму. Прошу вас расследовать это происшествие...»
И об уважении к соседям
Литовцев, в сущности, можно понять: для них «мядининкайское дело» является а) принципиальным и б) политическим.
Принцициальна в нем — гибель двоих «прото-спецслужбистов» провозглашенного, но еще не признанного государства. А политика тут в том, что у Литвы, как и у Латвии, приближается 90-летие независимости. Обеспечить к дате соответствующий процесс с признаниями и доказательствами — проект, ради которого стоит постараться.
Старания происходят. К примеру, латвийский адвокат Никулина Оскар Роде ощущает явное препятствование своей работе.
— Недавно в наше бюро в 9 утра прислали из Литвы официальный факс — о том, что в 13.00 будет заседание суда, на котором необходимо присутствовать. Посудите сами: каким образом латвийский адвокат может оказаться в Вильнюсе за 4 часа, не нарушая закон?
Кроме того, знакомые Никулина жалуются: по их словам, литовские спецслужбисты, не заморачиваясь требованиями закона о присутствии латвийских коллег, сами ездят в Латвию и без участия местных проводят «собеседования» со свидетелями...
P.S. Ответ из Генеральной прокуратуры Литвы на запрос об этой «прогулке в мешке» адвокат Роде получил весьма странный: следственные действия во время поездки не проводились, поэтому услуги защитника Никулину не были нужны... Защитник собирается жаловаться в Страсбург.
Для справки
Какие претензии к Никулину у Литвы: участие в расстреле литовских пограничников на КПП Мадининкяй в 1991 г. Напомним: сотрудники полиции и таможни новопровозглашенной Литовской республике были расстреляны из автоматов на КПП в Мядининкай утром 31 июля 1991 года. Семеро было убито, один тяжело ранен.
Подозреваемые — четверо рижских экс-омоновцев: Александр Рыжов, Андрей Лактионов, Константин Никулин и Чеслав Млынник. Сроки по этому делу грозят серьезные: от 20 лет до пожизненного.
Почему Никулин оказался в Латвии «под программой»? В 2000-х Никулин дал показания по делу об оружии, из которого был убит начальник СГД Лудзы Лисцов. Никулин в «деле Лисцова» фигурировал как свидетель, давший показания следствию. Согласно материалам дела, он вместе с другим лицом участвовал как посредник в приобретении оружия, из которого позже был застрелен Лисцов (в деле, напомним, фигурировал как приобретатель оружия и известный латгальский авторитет Райтис Кононов, он же «Конь»).
Никулин давал показания на закрытом заседании, к нему была применена процессуальная защита. В рамках той же программы он получил новый паспорт на новую фамилию — Михайлов.
Однако, когда в январе 2008 года литовцы запросили Никулина, его отдали. Ибо прокуратура представила свои аргументы, согласно которым «процессуальная защита снимается, если защищаемое лицо совершило преступление». И хотя тут явная временная несостыковка (статус Никулину присвоили спустя десяток лет после ЧП на Мядининкае) — суд к логике прокуратуры прислушался.
Практически сразу же по прибытии прокурор предъявил Никулину-Михайлову заготовленное заранее обвинение. С тех пор ни о каких следственных действиях у нас не слышали: лишь время от времени из Литвы приходили сообщения о том, что срок содержания экс-омоновца под стражей снова продлен.
Ближайший пересмотр меры пресечения — 28 октября.
Kriminal.lv в Телеграме