«Лента.ру» поговорила со студенткой юрфака Колледжа имени Демидова Анастасией Урлашовой. Ниже — фрагменты этого интервью.
Обыск
Анастасия Урлашова: — ...В пять утра привезли отца, и все вошли в квартиру. Поначалу они меня вообще не трогали: у меня комната самая дальняя, в нее никто не заходил. Потом папа кому-то сказал: «Подождите, она спит. Может, она вообще не одета». Так я поняла, что в мою комнату тоже хотят зайти. Я взяла кошку на руки, ушла в ту комнату, которую уже обыскали — отец сказал так сделать.
Мое личное мнение такое: не так уж сильно нашу квартиру и досматривали. У меня в комнате большой балкон, его один обыскивать долго нужно. Вообще, представьте себе девичью комнату: коробочки, игрушки, блин, медведи. У меня есть огромный медведь, в которого меня можно спрятать, он с меня ростом, и вот такие моменты не досматривались. Когда они закончили, папа сказал: «Настя, вот [один из адвокатов Урлашова] Миша Писарец, если что, можешь обращаться к нему».
—Как себя вел твой отец?
— Спокойно, даже шутил. А что ему было переживать? Кроме телефона у нас ничего не изъяли, денег в квартире не нашли — ну, был у нас какой-то прожиточный минимум, совсем немного. Сколько именно, я не знаю: просто слышала, как папа этим мужчинам говорил, что вот, смотрите, это наш прожиточный минимум. Мужчины на эти деньги вообще никакого внимания не обратили.
Занести полмиллиона соседу
— Откуда пошла информация о том, что ты пыталась передать деньги соседу?
— Я не знаю, это вообще все случайно выяснилось: когда в девять утра все утихло, я поняла, что одна в квартире находиться не могу, и поехала к своей лучшей подруге, в ее семью. Приезжаю, открываю интернет — у нас же дома его нет, я только айфоном пользуюсь, — смотрю новости, а на каких-то сайтах написано, что я пыталась передать соседу деньги. Это такой абсурд!
С того момента, как я узнала, что у меня отец задержан, до приезда людей с обыском у меня было, в лучшем случае, минут 15. Даже если предположить, что я рванула к соседу с деньгами, надо учитывать хотя бы то, что мне одеться нужно было, я ж не пойду к соседу бог знает в чем. Да и вообще, как такое можно себе представить — я, маленькая девочка 18-ти лет, в два часа ночи стучусь к взрослому мужику: «Здравствуйте, у нас дома обыск, возьмите деньги!» И тут меня задерживают. Бред какой-то.
Еще говорят, что там же нашли 15 миллионов пятитысячными купюрами — это ж какую сумку мне надо было соседу тащить, да еще со второго этажа на третий! Если люди приводят такие факты, то у меня к ним ровно два вопроса: во-первых, как я это сделала, и во-вторых, почему меня до сих пор не допросили? Я же, получается, участница, найти меня легко.
— Позже появилась информация, что эти деньги твой сосед из 18-й квартиры сам принес в Следственный комитет, и что их ему твой отец сам передал.
— Я своих соседей почти не знаю и не вижу: я ведь год назад к отцу переехала, а всю жизнь с бабушкой жила. Потом, когда стала взрослая, поняла, что могу папе помочь: постирать, приготовить. К тому же у бабушки однокомнатная квартира, мне тяжело с ней вместе жить. У папы трехкомнатная, почему бы мне не переехать к нему?..
А по поводу денег… Как их к нам можно привязать, я вообще понять не могу — может, это деньги соседа. Я знаю своего отца, я не думаю, что у него были такие деньги. Посмотрели бы вы на нашу квартиру — не апартаменты, обычная трехкомнатная квартира, ничего сверхъестественного: ни «плазмы», ни евроремонта. И вообще, почему у меня отец должен хранить деньги у соседа? Кто он — этот сосед? С чего они взяли, что мой отец с ним общается? Мы столько потратили сил на эти выборы, мы так в них морально вложились!
Вы думаете, человек, который пробыл год на посту, сейчас будет куда-то ломить и брать взятки? Причем у единоросов. Он их, значит, поливает грязью, и говорит: «Ребята, я иду против вас, я не принимаю вашу политику, но при этом беру у вас деньги». Это нелогично...
Поверить в ситуацию, которая сейчас сложилась, я не могу: я прочитала весь интернет, наткнулась на запись его телефонного разговора [с советником Алексеем Лопатиным на сайте Lifenews]. За всю свою жизнь я ни разу не слышала, чтобы он матом на меня ругался. А тут, представьте, его хороший друг, Леша Лопатин, с которым он тесно работает, уважает, раз поставил его на место своего советника... И первые слова он говорит матом! У моего отца широчайший словарный запас, неужели он будет матом говорить про человека, с которого он требует деньги?! Потом, мне кажется, взятки вообще не требуют, их предлагают сами. Как-то странно звучит: «Дайте мне денег».
— Есть такая вещь, как «откат» за муниципальные контракты.
— Моего образования не хватает на то, чтобы такие вещи комментировать. Но как дочь могу сказать, что если бы это было так, то мы бы что-то новое в квартиру купили. Понятно, что папа в этой квартире бывает редко, он все время работает, но у него есть я, а любой человек хочет, чтобы его дети жили хорошо. Сверхъестественных машин и охраны у отца не было, он ездил на служебном автомобиле — таком большом, черном, высоком.
— По твоему мнению, на записи телефонного разговора в Lifenews.ru голос твоего отца?
—Нет. Да. Может, это его голос, но запись смонтированная. Я улавливаю какие-то моменты, в силу того, что знаю его. Я не верю в то, что он будет звонить человеку и сходу материться. Даже если человек очень разгорячен и разгневан, он не начинает разговор с мата. Потом, на пленке интонация разная: начинает разговор отец импульсивно, заканчивает более спокойно. И еще: какой разговор может длиться шесть минут? У моего отца столько звонков! И тут он начинает шесть минут об одном и том же говорить!
Папина дочка
— А с отцом у тебя какие отношения?
— Прекрасные, я же его единственная дочь. Он один меня воспитывал, у меня нет матери: может быть, он не проводит со мной столько же времени, сколько другие родители, но то, что он в меня морально вкладывает, уважает мое мнение, это вне всякого сомнения.
Я в юристы пошла сама, поскольку была с маленьких лет с ним. Он меня вдохновляет своей работой! У нас очень хорошие отношения, пусть и не слишком частые: мы заботимся друг о друге. Я — приготовить покушать и постирать, он тоже мне помогает. Да, и возвращаясь к теме денег: какой отец, у которого всего одна дочь, будет подставлять своего ребенка, просить его деньги соседу нести.
— Ты знаешь о том, что сегодня на твоего отца еще одно уголовное дело завели? (По факту получения взятки от Эдуарда Авдоляна, владельца «Ярдорстрой» — прим. «Ленты.ру».)
Да, я видела, читала. Блин, весь год они отмалчивались, а теперь резко все стали вываливать? Блин, так не бывает. Вообще, какие у них есть доказательства?
— Есть некая видеозапись, ты ее видела?
— Нет. Блин, я не понимаю, что происходит. Человек, который столько времени идет к должности мэра, он же должен быть аккуратным. Он же прекрасно понимает, что его прослушивают, в любой момент подставить могут.
— Противники твоего отца считают, что он затем и стремился к должности мэра, чтобы стричь купоны.
— То есть он хотел быстро наворовать денег, а потом — а, пусть меня сажают? Не верю. Опять же, почему не самого отца взяли с деньгами [директора ярославского ООО «Радострой» Виктора Шмелева, который якобы передал взятку для Урлашова], а сначала задержали посредника? Им бы самим было выгодно дождаться, пока отец деньги возьмет, нет?..
— Жалеешь, что твой отец в политику пошел?
— Нет. Это — его. Он бы иначе не нашел себя. Отец же не женился во второй раз, не нашел себе другую женщину. Он положил себя на эту карьеру, я вижу, насколько он счастлив. Да, у них там какие-то склоки, споры, но это ему дает энергию, нравится. Папа свято хочет верить в то, что он запомнится в городе. Он не хочет построить какое-то здание и показать: «Вот, Евгений Робертович построил». Папа хочет, чтобы люди его помнили: он делает дворы, стоянки, благоустройство, детские городки. Он начал с того, что ближе людям, и из того, что он обещал, он сделал многое, пусть и не все. Ремонты в каких-то детских садиках делают — ну, я вам адреса не скажу, отец же не делится своими проблемами со мной, а делится радостью. Он приходит, и говорит: «У меня все хорошо, я в работе!» И самая большая радость — что мы выиграли эти выборы.
— Твоему отцу в вину ставят то, что он мало занимался работой мэра, зато за год съездил в семь заграничных командировок.
— У меня нет достаточного образования для того, чтобы я понимала, хорошо это, или плохо. Но он же не так просто ездит, а всегда по делу. К нам тоже кто-то все время приезжает — ПАСЕ, например.
— Ваша жизнь как-то за этот год изменилась?
— Нет. У меня нет личной машины, я спокойно езжу на общественном транспорте. Если мне нужно, я на такси доеду. Конечно, отец меня одевает, но где? В Zara, а «Шанель» у меня нет. Мой папа не материалист, он вкладывает в меня свою душу. Может, мои карманные расходы немного увеличились, но не более. Вот смотри: два серебряных кольца, все мои украшения. У меня нет золота. И бриллиантов тоже нет. Серьги, если переходить на мелочи, бижутерия класса «люкс», но даже не «Сваровски». Да блин, мне 18 лет, я не буду носить золото и бриллианты, это все прекрасно понимают. Девочка моего возраста в бриллиантах — это вульгарно. Тем более, я учусь в обычном колледже.
— Как ты планируешь жить дальше?
— Не знаю. У меня такой диссонанс в голове!
Фото Вконтакте.
Kriminal.lv в Телеграме
