Страницы:
"Она не могла покончить с собой!"
В разговоре с нами мама погибшей Инна Мейя уверяла: её дочь была жизнерадостной, активной молодой женщиной. Никаких признаков депрессии, психического нездоровья — у неё не было. И доказательств того, что её убили, по мнению родственников, предостаточно. Начиная от данных экспертов-медиков, которые подтвердили, что девушку перед смертью избили, и заканчивая показаниями самого бойфренда.
Полиграф («детектор лжи») показал, что бойфренд врет, когда говорит, что Инга совершила самоубийство. К тому же, он врет и о том, что не выбрасывал девушку из окна.
Тем не менее, изначально полицейские указывали: показания экспертизы на полиграфе не могут быть на 100% верным доказательством вины. По мнению следователей, испытуемый был просто в состоянии шока.
— Издевательство какое-то! — возмущалась в разговоре с нами мать погибшей. — Часть материалов дела и доказательств либо не проверялись, либо пропали, были испорчены, уничтожены... К примеру, пропали носки, в которых была моя девочка. Они были в крови. Видимо, на них могли остаться следы ДНК того, кто держал её за ноги. Но доказательства просто исчезли. Как и отпечатки пальцев с предметов из квартиры.
Об этом Инна Мейя написала в жалобе министру внутренних дел. Но никто ответственности так и не понес.
— Когда я жаловалась на пропажу улик в прокуратуре, получала ответы вроде: «Ну и что? Все равно это ничего не доказывает».
Воспользовавшись правами, которые предоставляются законом, семья погибшей обратилась к ряду специалистов для проведения независимых экспертиз, сообщила нам адвокат потерпевших Марина Урбане. В одной из них — комплексной экспертизе участвовал и эксперт из Санкт-Петербурга – профессор, доктор медицинских наук, заведующий кафедрой уголовного права юридического факультета Санкт-Петербургского университета водных коммуникаций Вячеслав Попов, имеющий 50-летний стаж работы в судебной медицине, криминологии и трасологии.
— Выводы экспертов из Санкт-Петербурга во главе с В.Поповым подтверждают выводы сделанные латвийскими экспертами: Инга не упала из окна, а была выброшена двумя людьми, — говорит адвокат.
В итоге упорство семьи подействовало: следствие принялось отрабатывать версию убийства.
Непростые отношения
Что же привело к трагедии? По словам матери погибшей девушки, Инга Виноградова училась на юриста в высшей школе Turiba, параллельно подрабатывала в страховой компании. С Марисом они стали встречаться за полгода до ЧП — осенью 2007. Познакомились просто: Инга стала снимать квартиру в том же доме, а Марис (строитель без официального заработка) жил этажом ниже.
— Он все время старался привлечь внимание Инги, — говорит мама девушки.
Ингу не смутило, что у Мариса было двое детей. По словам родных, выросшая без отца девушка стремилась к семейному уюту. Так что дети её быстро приняли. Младший даже стал называть мамой.
— Она бы не совершила самоубийство. Накануне она радовалась, что получила прибавку к зарплате и теперь можно купить дорогие солнечные очки, — вспоминает подруга Инги.
По её словам, отношения пары завязывались очень красиво. Была любовь и подарки. А потом начались ссоры, Инга стала поговаривать, что уйдет от Мариса. Но они быстро помирились. По словам подруги, ссоры начинались из-за бывшей жены Мариса: Инга боялась, что та захочет вернуться.
Однажды девушка призналась, что Марис её ударил.
— Мне она ничего не говорила, о том, что Марис её бьет. Только в ночь убийства я узнала о побоях, — теперь сетует мама.
Незадолго до трагедии Инга попросила у родственников одолжить Марису 10 000 латов на открытие бизнеса стройматериалов. Мать сначала согласилась, но брат-бизнесмен её отговорил. Дядя решил, что молодой человек решил использовать Ингу. Отказ Марис получил за день до гибели девушки.
Кроме того, в суде мать добавила и такой вариант произошедшего: возможно Инга узнала, что её друг и знакомый занимаются нелегальной торговлей наркотиками.
- Сама Инга мне этого не говорила, но эта версия выкристаллизовалась за все эти годы, - пояснила женщина.
Kriminal.lv в Телеграме
