У жителей крупных городов есть любимая греза — о тихом домике где-нибудь в сельской глуши, с цветником и тихими, вежливыми соседями. Особенно она актуализируется в разгар июльской жары, неприятностей на работе и обострения долговых проблем. "Бросить уже эту Риги и переехать в глушь. Цены там — не то что здесь..."
Что ж, буколическим утопиям уже не одна тысяча лет :)
А теперь к реальности.
Провинциальное убийство
...Эксперты, осмотрев труп Леона, констатировали на его теле следы насильственной смерти. В тот же день по подозрению в убийстве были задержаны четверо обитателей этого же дома – трое мужчин и одна женщина. Один из них – 40-летний Зигмунд уже во всём сознался: да, это он подрался с Леоном. Но что было дальше, никто внятно объяснить не может – вся компания была изрядно навеселе.
И хотя подозреваемому за подобное преступное деяние грозит до 12 лет тюрьмы, под стражу его брать не спешат. Он временно гуляет на свободе, что вызвало волну негодования со стороны местных жителей.
— В той квартире непрерывно происходили пьянки и какие-то мистические преступления, а сейчас все на свободе, — поделилась с журналом Vakara Ziņas соседка Антра. – 1,5 года назад тут погибла бабушка Сергея – неудачно упала и умерла.
Через труп просто переступили
— Я был задержан на несколько дней. Нас тогда было четверо, — воспоминает один из участников той трагической пьянки Юрис. (Журналисты отмечаю, что рядом с ним полупустая бутылка водки и какая-то женщина). – Я сейчас в этой квартире временно живу, Сергею помогаю.
Что произошло в тот злополучный вечер, Юрис затрудняется вспомнить. Говорит, что выпили все, а потом он пошёл спать. И ничего не слышал и не видел.
— Утром я встал, мне было нехорошо — похмелье. Прошёл на кухню, а там на полу лежал Леон. Я не придал этому значения, переступил через него, попил воды и ушёл обратно в кровать. Но уснуть уже не мог. Парни дали прикурить. И тут начался разговор, как старый концы отдал... Но Леон хорошим мужиком был...
Но Юрис придерживается свой точки зрения: Леона никто не убивал. Вспоминает, что вечером тот пришёл к ним в квартиру, уже будучи окровавленным.
— Может, поезд его задел или что-то ещё, — предполагает Юрис.
Тут перед корреспондентами Vakara Ziņas появляется и сам хозяин квартиры – Сергей. Мужчина агрессивен, много ругается и грозится со всеми поквитаться.
Юрису немного удаётся утихомирить приятеля и тот соглашается кое-что сказать.
— Как я живу — не могу уже вытерпеть. Спасибо Юрису, что меня поддерживает. Мать у меня пропала, полиция ищет и не может найти, а сейчас ещё это... Все говорят, что убийство, убийство! Но я не виноват. И вообще, больше ничего не хочу говорить, у меня никаких проблем нет!
Жена в шоке – она не убивала
Леон проживал в женой Ирой в небольшом одноэтажном деревянном доме. Жильё простое, буквально в нескольких метрах от дома – железная дорога, по которой в Лиелварде ходят поезда.
Ирина шокирована отношением полицейских – сначала в убийстве мужа подозревали её.
— В семь утра кто-то начал стучать к нам в окно, — вспоминает Ирина. – Открыла, там полиция. Спросили меня, приходится ли мне мужем Леон. Говорю, что да. Начались распросы, когда я его видела в последний раз и где он сейчас. Спрашивали, было ли у него перерезано горло и какие отношения у него были с другом дочери. Я спросила – что случилось? Они ответили, что пока ничего объяснить не могут, приедут позже. И ушли.
Ира незамедлительно отправилась в тот дом, куда накануне пошёл погостить муж. Лишь с пятого раз вняли её просьбам и пояснили, что «Леона больше нет».
— Если бы ему своевременно оказали помощь, он бы выжил. Потому что после драки ещё ходил и даже разговаривал. А умер от кровоизлияния в мозг. Я его ещё не видела, но в полиции сказали, что тело изуродовано.
Ирина с детьми находятся в состоянии постоянного страха – они знают, что подозреваемого в убийстве Леона отпустили на свободу.
— Меня удивляет, что муж полез в драку. Он не был физически крепким и обычно в конфликты не встревал Один раз ему нос сломали, с тех пор он очень боялся травм.
На двоих – шестеро детей
У убитого осталось шесть детей, из которых трое – несовершеннолетние. Младшей дочери – всего восемь лет.
— Я вынуждена признаться, что с Леоном у нас были не лучшие отношения, — продолжает Ирина. – Он выпивал, что негативно отражалось на нашем браке. Но стоит признать: детей своих очень любил и готов был ради них на всё. Бывало, купит себе бутылку пива, но и про сладости для детей не забудет – всегда что-то приносил. Не знаю, как дальше жить без него будем. Ведь он был главным кормильцем, хотя официальной работы не имел. Халтурил на стройках, по ремонту и так далее.
И никакой мистики
Почему все так странно и мрачно сложилось? Раньше они всей семьёй жили в Риге, но потом были вынуждены переехать в Циемупе. Это, по её мнению, окончательно сломило супруга. Провинициальная безысходность, пьянство, «кругом были одни алкоголики»...
Kriminal.lv в Телеграме
