Мать младшей дочери Малыгина Сигне Балдере-Силдедзе написала всем фракциям Сейма заявление, в котором экспрессивно описала, что ей - дочери знаменитого хоккеиста - угрожает почти весь мир. Упоминается при этом и ряд конкретных людей.
Один из тех, кто заслужил самые черные подозрения, это директор Управления налогового и таможенного управления Государственной службы доходов Каспарс Подиньш. Несмотря на то, что именно управляемое Подиньшем учреждение после получения заявления Балдере-Силдедзе незамедлительно начало уголовный процесс о произведенных Olainfarm платежах, она попросила Сейм выяснить, не задерживает ли Подиньш расследование.
Как следует из заявления, на такую мысль Балдере-Силдедзе натолкнуло то, что на следующий день после отправки заявления она позвонила в Финансовую полицию, чтобы "поставить в известность о своем запланированном отсутствии" и "чтобы убедиться, что в настоящее время не требуются её пояснения в дополнение к указанному в заявлении". А ей объяснили, что дело находится у другого следователя. Ей, в дополнении к этому, не удалось по городскому телефону дозвониться до этого следователя.
В общем, Балдере-Силдедзе считает, что таким образом следствие сознательно затягивают.
Pietiek отмечает, что с заявлением Балдере-Силдедзе в январе также обратилась в Управление по борьбе с экономическими преступлениями полиции. Там начался уголовный процесс, однако, в ее представлении, не продвинулся достаточно быстро и "в правильном" направлении. По этой причине стали искать другие способы, как до собрания акционеров Olainfarm, назначенного на 1 апреля, выгнать представителей старшей дочери Малыгина Ирины - Ребенока и Криекиса.
Для этого с почти идентичным заявлением после "мотивационных мероприятий", Балдере-Силдедзе обратилась уже в Финансовую полицию. Там немедленно был начат другой уголовный процесс. Был подготовлен уже план мероприятий, чтобы с помощью полиции перенять контроль над предприятием. Уже было дано задание начать прослушивание телефонов Ребенока и Криекиса. За ним последовало бы задержание на 48 часов, а затем мера пресечения – запрет занимать должности в Olainfarm. В свою очередь, с помощью Службы контроля начался бы арест счетов Olainfarm.
Этот план не реализовался только потому, что об этом был проинформирован KNAB. После его вмешательства "мотивированной" группировке Финансовой полиции пришлось уступить, и в результате дело было передано другому следователю.
От неформальных источников слышно, что в качестве "мотивации" упоминается сумма в 100 000 евро.
Якобы половина этой суммы - аванс, вторая половина обещана после реализации конкретных "мероприятий", с чем в настоящее время возникла неудобная ситуация – работодатели хотели бы за невыполненную "работу" получить аванс обратно, но понимания не находят.
Источник - pietiek.com
Kriminal.lv в Телеграме
