По ее словам, условия содержания заключенных хоть и улучшаются, но очень медленно. В качестве примера Осипова привела жалобу арестованного, которому не выдали даже подушку и полотенце.
«Одно из последних требований — когда человек еще не в тюрьме, но арестован. Обратился к нам человек, потому что ему не дают ни полотенце, ни подушку. Он остается там ночевать, но ему даже этого не дают», — вспомнила экс-судья.
По ее словам, пока суд подготавливал это дело к рассмотрению, Кабинет министров принял соответствующие изменения.
Также Осипова привела решение Конституционного суда о самом строгом заключении для мужчин.
«Настолько строгого режима заключения нет у женщин. За одинаковое преступление, когда применяют одну и ту же статью уголовного кодекса, женщина получает менее строгое наказание, а мужчина получает более строгое наказание», — рассказала профессор. Два года назад суд принял решение, что для этого нет оснований.
По словам Осиповой, комиссия ООН признала, что тот режим был антигуманным.
В то же время бывший председатель Суда Сатверсме напомнила, что Кодекс Латвии об исполнении наказаний принят в далеком 1970 году.
«Мы все еще живем по советскому кодексу начала 70-х годов. Сейчас поставлены новые цели, что мы должны ресоциализировать заключенных лиц. Но можно ли в таких обстоятельствах кого-то вернуть в нормальную жизнь? (...) Можно ли его ресоциализировать во время того, как он сидит в тюрьме, если это настолько строгое заключение?» — подчеркнула Осипова.
Она вспомнила еще одно дело, которое Латвия проиграла в ЕСПЧ заключенному. У него умер один из родителей, но не было права отпроситься на похороны.
В итоге латвийский суд принял норму, что труп родного человека для прощания привезут в тюрьму.
Осипова описала это как «один из тех случаев, когда можно исполнить решение суда, не исполняя».
«Мне это кажется настолько неэтично... (...) И кто платит за это? В то же время мы рассматривали другое прошение, другую конституционную жалобу о том же вопросе. И мы сказали, что похороны — это общественный ритуал, это очень важная часть жизни человека. Это значит не только посмотреть на тело, но вместе с близкими людьми пережить боль, вспомнить. Это социальные процессы, это важно для ресоциализации. Это общественный ритуал. Увидеть тело и участвовать в похоронах — две разные вещи», — сказала Осипова.
Источник - rus.lsm.lv
Kriminal.lv в Телеграме
