Еще один претендент
И здесь придется напомнить, что Ситников Александр Петрович 1933 г.р., проживающий в г. Воронеже появился в деле о наследстве несколько лет назад. Он первым заявил свои наследственные права, объявив себя двоюродным дядей, захватил вместе с Ситниковым-младшим имущество Александра и до недавнего времени пользовался им как своим собственным. С 2013 года он ведет споры на право наследования имущества двоюродного племянника в судах Москвы, Воронежа и Чеченской Республики, проигрывая одно за другим все дела, но продолжая споры.
В октябре прошлого года БК рассказывал лишь об одном из многих эпизодов, связанным с Ситниковым и гражданами Чеченской Республики и о моей командировке в Чечню, где в Урус-Мартановском городском суде рассматривалось дело о займе Александра С. жителю Чеченской Республики Адаму Устарханову в размере 317 млн. рублей (или 5 млн. долларов). Подписи получателя этого немаленького займа удостоверяли еще два жителя Чеченской Республики. Подлинность этих подписей и оспаривалась в суде Урус-Мартана. Суд тогда в очередной раз отложили, но мы встретились с председателем суда Дадаевым Сулейманом Лемаевичем, виртуозно уходившим от наших вопросов. В конце концов, после многократных судебных разбирательств, дело было передано из Чечни в Москву, где с помощью экспертов было доказано, что подписи Александра поддельные. Самое удивительное, что «наследник» Ситников в этом судебном споре выступал на стороне Устарханова, хоты в случае подтверждения своих наследственных прав становился ему должен.
Вот и в заседании в суде Ленинского района г. Воронежа 27 июня, на котором присутствовал журналист, командированный из Латвии, рассматривалось очередное дело о праве собственности на объект недвижимости умершего Александра. Появление иностранного журналиста всполошило судей, заседание было задержано на час и перенесено из обычного тесного помещения в парадный, большой зал, начавшись в самом конце рабочего дня. После согласования со всеми сторонами дела, судья Гринберг Ирина Васильевна позволила мне остаться в зале.
Не углубляясь в суть слушавшегося дела, скажем лишь, что в нем опять фигурировал документ – копия соглашения сына Ситникова – Александра Александровича – о передаче ему одного из объектов недвижимости в Воронеже, принадлежавшего умершему Александру, стоимостью 1 млн. рублей. Условия нереальные, и у адвокатов Алексея в очередной раз возникли сомнения по поводу подлинности подписи его отца на документе.
Для участия в судебном заседании прибыла эксперт из Москвы Фролова Жанна Владимировна, входящая в десятку экспертов-криминалистов, специализирующихся на почерковедческой экспертизе и 25 лет работающая в системе МВД РФ. Мы встретились с Жанной Владимировной перед заседанием в Ленинском районном суде. Как пояснила БК Ж. Фролова, для установления подлинности подписи Александра были проведены сравнения с образцами других его подписей. Ранее экспертиза подписей Александра уже проводилась, и заключение было в пользу Ситникова-младшего, однако при исследовании сравнительных образцов, предоставленных нотариусом для экспертизы, выяснилось, что они подделаны. Для обнаружения подлога был применен метод оптического наложения записей друг на друга и метод копирования на просвет. Подписи совпали полностью, что невозможно в принципе и свидетельствует об их изготовлении путем обводки. «Работа ювелирная - подчеркнула эксперт. – Но при большом увеличении все это отчетливо видно». Результаты предварительных экспертиз заинтересовали и судью Гринберг, которая, как мне пояснили адвокаты, уже в следующем заседании назначила по делу повторную судебную почерковедческую экспертизу.
Хождение по мукам
Но вернемся к нашим дневным похождениям по присутственным местам в городе Воронеже. После посещения отдела полиции №2 по городу Воронежу и разговора со следователем Гуличевой, мы с адвокатом Еничевой прошлись по разным инстанциям, поднимаясь все выше и выше в иерархии правоохранительных структур и задавая один и тот же вопрос: в чем причина столь долгого разбирательства дела о наследстве Александра.
К нашему делу не относится, но невозможно было не обратить внимание, как улучшается внешний и внутренний вид зданий -- от убого городского полицейского участка до более приличной районной прокуратуры и настоящего дворца прокуратуры Воронежской области.
В Прокуратуру Коминтерновского района Воронежа мы шли не с пустыми руками, а с письменной просьбой прояснить судьбу многих миллионов рублей и драгоценных ювелирных изделий, которые непонятно для чего были вынуты из банковских ячеек умершего Александра и приняты следствием на хранение, где и находятся уже четвертый год. Целы ли они?
Мы записались на прием к прокурору, советнику юстиции Яицких Василию Владимировичу. А пока он был занят, заглянули к его помощникам. Первый принял, но сказал, что комментировать что-либо не имеет права, отослав нас к старшему помощнику прокурора областной прокуратуры по взаимодействию со СМИ Усову Михаилу Николаевичу. Второй помощник районного прокурора вообще попросил меня выйти из кабинета. Приближалось время обеда, но мы успели попасть к прокурору Яицких, который был строг и опять же отослал нас к Усову, мол только он может разрешить общаться с прессой.
Усов так Усов, и мы направились в Прокуратуру Воронежской области. В секретариате областного прокурора Шишкина Николая Анатольевича нам помогли связаться с Усовым по телефону. И что бы вы думали он ответил на поставленный нами вопрос? Товарищ Усов вежливо пояснил, что «комментарии иностранным журналистам даются только после обращения и согласования с Генеральной прокуратурой РФ».
Кстати, Генеральная прокуратура России после многочисленных жалоб и обращений рижан и их адвокатов указала, что действия следствия и прокуратуры Воронежской области по уголовному делу являются противоправными (копия письма из Генпрокуратуры РФ имеется в редакции БК), но в районной прокуратуре нам, не моргнув глазом, сообщили, что про письмо Генеральной прокуратуры ничего не знают.
Один из адвокатов рижан доверительно сообщил мне, что как при встрече со следователем, так и при общении с работниками прокуратуры неоднократно делались намеки «поделиться с Ситниковым». Удивительная настойчивость, с которой проводится расследование, при полном отсутствии результатов по нему невольно внушает мысль, что за действиями воронежских правоохранителей кроится нечто большее, чем желание скрасить наследством племянника старость старшего Ситникова и обеспечить безбедное проживание его сыну.
Надеемся, мы когда-нибудь поймем истинные мотивы поведения следствия и прокуратуры Воронежа и разгадаем одну из загадок, которых еще так много в этом деле.
Finita la comedia? Продолжение следует.
Ольга Павук, Baltic-Course.com
Kriminal.lv в Телеграме
