Тенически это выглядит следующим образом: сперва отбираются личные дела людей, которые могли бы соответствовать латвийским запросам. Затем, если это необходимо, добывается дополнительная информация. После чего устраивается интервью, на котором соискателям убежища рассказывается о Латвии.
Но если они не согласны, насильно в Латвию их никто не везет, говорит Петерсоне-Годмане.
«Пока никто не согласился приехать в Латвию. Мы работаем с определенным числом людей, но только в случае их согласия можно будет говорить о цифрах. (..) Мы бы и хотели выполнить установленную нам квоту, но не можем», - сказала Петерсоне-Годмане.
Впрочем, говорит госсекретарь МВД, такая проблема не только у нас, но и в других странах. За пять месяцев действия программы, из 160 тыс. человек, подлежащих перемещению, были перевезены всего четыре сотни, признает Годмане.
Причин для этого – две. Первая – беженцы впервые слышат название нашей страны. Вторая – они прекрасно знают, что такое Латвия, говорит юрист общества поддержки беженцев Алвис Шкендерс:
«У них либо вообще нет информации о нашей стране, либо же она очень детальная. Они знают и размер пособий, и уровень цен, и то, что только десятая часть получает статус беженцев, когда в Европе этот показатель намного выше. Я еще не видел ни одного беженца, который осознанно хотел бы оказаться в Латвии. Большинство осели тут случайно, направляясь в другие страны: Германию, Голландию или Швецию».
Латвии, возможно, придется менять систему интеграции беженцев
Однако, если они все же к нам поедут, то, возможно, придется менять систему работы приезжими. В настоящий момент, в соответствии с квотами по распределению беженцев, Латвия способна организовать чуть ли не индивидуальную работу с каждым прибывающим сюда соискателем убежища. Но если в одночасье будет принято решение об увеличении квот, и в Латвию направятся тысячи или даже десятки тысяч людей, стране придется переделывать всю систему, признала Илзе Петерсоне-Годмане.
Действующий план интеграции предполагает, что беженцы, попав на территорию Латвии, первые три месяца проживают в центре «Муцениеки». Именно столько времени нужно, чтобы получить соответствующий статус.
Затем, в течение еще года, обладатель статуса получает государственное пособие. И только потом он лишается государственной поддержки, говорит Петерсоне-Годмане.
«Но с первых же недель пребывания с ним работают социальные служащие. Они выясняют, хочет ли он тут остаться. Ведь получив статус, согласно конвенции ООН, он обладает теми же правами, что и любой другой иностранец. В том числе – свободой перемещения. Ничего не мешает ему купить билет и уехать в другую страну», - поясняет Петерсоне-Годмане, отметив, что нежелающие остаться проявятся уже в первые недели пребывания в Латвии.
Если же человек хочет остаться, он и сам начнет что-то делать, чтобы его дальнейшее проживание в стране было комфортным: «Он будет учить язык. С помощью ментора займется поисками жилья и работы. В течение года ментор приглядывает за ним, помогает, например, в общении с доктором или самоуправлением. Нам предстоит принять всего 776 человек, а не десятки тысяч, как Германии. И мы пока способны поддерживать систему чуть ли не индивидуального к каждому беженцу», - сказала Петерсоне-Годмане.
Источник - LSM.lv
Kriminal.lv в Телеграме
