В "деле Калмановича" появились трое обвиняемых в его убийстве

Как рассказал источник "Росбалта" в правоохранительных органах, ГСУ СКР начало предъявлять обвинения в окончательной редакции фигурантам дела. Статьи УК 105 (убийство) и 222 (незаконное хранение оружия) инкриминировали Али Белхороеву. В ближайшее время такая же участь ждет Батыра Тумгоева, который сейчас находится в лазарете СИЗО «Матросская тишина» с коронавирусом. Ему еще добавится обвинение в разбое (статья 162 УК Ф), совершенном почти 20 лет назад. Также расстрел Калмановича инкриминируют Багаудину Костоеву, который отбывает 11-летний срок за разбои.

По версии следствия, Костоев являлся непосредственно стрелком. А Тумгоев и Белхороев ему помогали (Тумгоев, в частности, следил за бизнесменом и координировал действия сообщников). 
Источник, знакомый с ситуацией, отмечает, что все доказательства следствия строятся исключительно на биллингах (соединениях) телефонов, которыми в те времена могли, как предполагается, пользоваться обвиняемые. Эти телефоны «засветились» у офиса Калмановича и на месте его расстрела. Один номер оперативники «довели» до трассы, где он исчез (преступник избавился от трубки). В свое время это место прочесали десятки полицейских, трубка была обнаружена. Причем с внутренней стороны крышки телефона нашли отпечаток пальца. Однако экспертиза показала, что отпечаток не принадлежит никому из обвиняемых. Чей он — установить не удалось.

«Оперативникам за 10 лет не удалось найти машину преступников, само оружие, из которого стреляли (это был армянский пистолет-пулемет), свидетелей, видевших киллеров, прояснить мотив преступления, определить заказчика и т. д. Тумгоева и Белхороева взяли под арест, а потом уже стали искать доказательства их вины, — высказывает мнение источник, знакомый с ситуацией. — Главную ставку следствие делало на отпечаток на трубке, но не сложилось. И тогда на Тумгоева, Белхороева и Костоева начали оказывать давление, пытаясь убедить признать вину. Их постоянно пытались „прицепить" к другим старым делам, пугали обвинениями по „свежих" громким делам и т. д. Ничего не помогло. И по итогам имеем дело, где доказательства — только биллинги. Но дело все равно хотят попытаться передать в суд, иначе Тумгоева и Белхороева нужно выпускать на свободу».

Стрельба на набережной

Сведения о возможной причастности к убийству Калмановича Батыра Тумгоева и Али Белхороева у оперативников появилась еще в 2018 году. За подозреваемыми установили наблюдение, но потом Тумгоев отбыл в Дубай. Он вернулся, но когда было сыщики собрались его задержать, вновь улетел. Правда, на этот раз не в теплые края, а в Салехард. Оказалось, что он отправился туда, чтобы потом добраться до колонии в поселке Харп, где отбывает наказание его близкий друг, «вор в законе» Хамзат Аушев (Хамзат Ингуш). Когда Тумгоев прибыл в ИК и подал документы на свидание, его уже встречали столичные сыщики. Они надели на Тумгоева наручники. В Москву его доставляли с настоящими приключениями: сначала вели 2 км до парома через реку, а после переправы почти 40 км везли по бездорожью, где машина постоянно застревала. В это же время был задержан односельчанин Тумгоева Али Белхороев. Костоев и так находился в колонии.

По данным ГСУ СКР по Москве, 2 ноября 2009 года Костоев из серебристого автомобиля «Лада-Приора» открыл огонь из армянского пистолета-пулемета «К6-92» по машине, в которой Калманович выехал из своего офиса на улице Сергея Макеева, чтобы встретиться с помощником президента РФ Александром Абрамовым. Преступление было совершено на Смоленской набережной Москвы.

Согласно версии следствия, к громкому преступлению имели отношение и участники банды Аслана Гагиева — Аслан Торчинов (Счес), Георгий Дзагутов (Жоха), Тамерлан Дзабитов (Худой), Фидар Ватаев и Эрик Таутиев (Труп).

Алан Торчинов отвечал за снабжение «Семьи» (так Джако называл свою группировку) оружием, боеприпасами, автотранспортом, решение различных вопросов с органами власти в Северной Осетии. У него было несколько складов с автоматами Калашникова, снайперскими винтовками, пистолетами-пулеметами «Скорпион», «Узи», «К6-92», пистолетами ПМ, АПС, Глок, ТТ, также имелись приборы для бесшумной стрельбы, гранаты Ф-1 и РГД-5. Шабтай Калманович, как установили эксперты (оружие найдено не было), был застрелен именно из армянского «К6-92». И, опираясь на исследования специалистов и оперативные данные, следователи полагают, что пистолет-пулемет был из арсенала Счеса.

Материалы в отношении Тумгоева, Белхороева и Костоева выделены в отдельное производство из общего расследования об убийстве Калмановича, работа по которому будет продолжена.

Калманович и Латвия

Шабтай Калманович часто приезжал в нулевые в Латвию, Юрмалу. Постоянный гость фестиваля «Новая волна», он не раз давал интервью латвийский прессе. Вот цитата одного из последних (цитируем по газете «Час», 26.03.2009):

— Я с детства лето проводил в Дзинтари. В Латвии у меня родственники. Семья моего отца — латышских корней. Здесь живут мои близкие друзья.

— И бизнес-партнеры?

— Нет, в Латвии у меня нет бизнеса. Мой бизнес — фармацевтика, больницы, аптеки... Мне легко. Я живу с юмором, я не принадлежу ни к какой партии. Но... В межправительственной латвийско-российской комиссии сопредседатель с российской стороны — министр транспорта Игорь Левитин, у которого я в советниках уже много лет. Это человек с потрясающим юмором, профессионал. И когда он узнал, что я родом из Прибалтики и владею языками, он включил меня в комиссию.

— С Латвией какие у вас отношения?

— В свое время я был поклонником Вайры Вике-Фрейберги. Стиль работы мне нравился до тех пор, пока она не стала поддерживать... Ну, вы понимаете, о чем я. Во время войны погибла вся мамина семья. Ее в 1941 году вырезали еще до того, как немцы пришли в город Рамигала, это рядом с Паневежисом. По идее, у меня должна на Литву быть обида. С другой стороны, литовская семья Бальчюконисов спасла мою маму, когда она попала в «Девятый форт» и ее вместе с подругой везли в душегубку. Она сбежала из машины. Бальчюконисы, рискуя жизнью, прятали ее два с половиной года в своем доме...

Справку о бизнесмене "Час" давал в этом интервью давал такую:

Шабтай Калманович – известный бизнесмен. Родился в 1949 году в Литве. В возрасте 22 лет вместе с родителями уехал в Израиль. В 1993-94 годах организовал в России вместе с Иосифом Кобзоном несколько фирм под названием «Лиат-Натали» — по именам дочерей соучредителей, в которых сам стал гендиректором. Бизнесмен занимался реконструкцией Тишинского рынка в Москве, созданием на его базе современного торгового комплекса, с 1994-го стал генеральным директором АО «Тишинский рынок».

Калманович организовывал московские концерты таких звезд, как Майкл Джексон, Лайза Минелли, Хосе Карерас.

В начале 80-х годов Шабтай Калманович считался одним из самых богатых людей среди выходцев из СССР в Израиле. В 1988 году Калмановичу инкриминировали разведывательную деятельность против Израиля в пользу СССР. В 1993 году он был освобожден досрочно из тюрьмы.

Калманович финансировал несколько баскетбольных команд. Шабтай Калманович считается патроном женского баскетбола в России, сообщают российские информационные агентства. В конце 90-х годов прошлого века он возродил литовский «Жальгирис», вложив в команду вместе с Арвидасом Сабонисом несколько миллионов долларов. В 1998 году каунасский клуб выиграл Кубок Сапорты, годом позже — Евролигу. Шабтай Калманович также стал генеральным менеджером подмосковного «Спартака».

На момент гибели бизнесмена подмосковный «Спартак» был сильнейшим женским клубом в Европе. В нем играла и спортсменка из Латвии — Анете Екабсоне-Жогота.