Страницы:
Как проводят проверку?
Нередко приходится слышать, что в Инспекции здравоохранения работают те же врачи, которые принимают в больницах, поэтому они не могут в своих заключениях выставить свою больницу виноватой и никогда не станут на сторону пациента. Мы выяснили, что экспертов в отделе контроля качества медицинской помощи 15, но не все работают на полную ставку. Некоторые действительно совмещают эти обязанности с работой в разных местах. Где еще работают эти эксперты, Андрис Зивертс не сообщил, но заверил, что это не практикующие врачи.
– Мы стараемся распределить заявки среди экспертов таким образом, чтобы они попадали к тем специалистам, которые уже связаны с данной сферой, – поясняет Андрис Зивертс. – Скажем, вы были хирургом, я вам даю дело, связанное с хирургией. Получив заявление, этот эксперт собирает информацию по всем эпизодам, которые пациент указал. Например, человек пишет, что вначале лечился у такого-то семейного врача, потом был в такой-то больнице, потом попал на консультацию к таким-то специалистам, потом его перевели в другую больницу. Иногда бывает, что этот круг медицинских учреждений очень большой. Есть случаи, которые мы называем «один эпизод» – это когда человек попал в больницу и там сразу что-то получилось не так. Во всех ситуациях мы запрашиваем всю документацию из медицинских учреждений для ознакомления. Приглашаем на собеседование лечащих врачей, просим представить объяснение. Больницы мы официально просим, чтобы они сами разобрались. По нашему запросу они должны составить комиссию и провести расследование. Поэтому я и говорю, что лучше всего пациенту вначале написать заявление руководству больницы. Когда мы уже запрашиваем от них объяснения, есть смысл посмотреть, совпадает ли они с тем то, что представители больницы написали в ответах пациенту. Когда вся информация собрана – мы делаем вывод.
Как определяют степень вреда?
По словам нашего собеседника, вывод эксперты делают так. Вначале констатируют – был нанесен ущерб или нет:
– К сожалению, медицина не всесильна. Случаи есть разные. Врачи могут делать все от них зависящее, но помочь не могут. К примеру, вы мать, у вас сын разбился на мотоцикле. Там травм столько несовместимых с жизнью, но его, естественно, пытаются спасти. Однако молодой человек умирает. Что мама думает? Врачи виноваты! Не спасли сына. А наш эксперт делает вывод, что это не случай для Фонда врачебного риска. Другое дело, если нанесение ущерба установлено, тогда мы в соответствии с правилам Кабинета министров № 1268 смотрим, как оценить этот вред.
Мы вместе с руководителем отдела контроля качества медицинской помощи вчитываемся в приложение 2 к правилам № 1268. В принципе, любой пострадавший человек может самостоятельно сравнить свою проблему со случаями, что перечислены в этом документе, и понять, есть ли у него шанс получить компенсацию.
Например, первым пунктом в списке идет такой случай: «Заболевание диагностировано несвоевременно и/или не было обеспечено адекватное лечение». Если это вызвало смерть пациента, то это 100-процентный ущерб. А если последствиями стали продолжительные или постоянные нарушения здоровья пациента (с длительной нетрудоспособностью, реабилитацией или инвалидностью), для дальнейшего лечения которых необходимы большие финансовые расходы, то процент нанесенного вреда зависит от того, какая система организма была повреждена.
Например, повреждение зрения (вплоть до слепоты) или слуха – это только 30%, если поврежден опорно-двигательный аппарат, то 70%, постоянное нарушение деятельности нервной системы – 100%. Этими критериями и пользуются эксперты, составляя свое заключение о проценте вреда для выплаты из Фонда лечебного риска.
На максимальную компенсацию может рассчитывать только Терминатор
Год назад «МК-Латвия» писала о трагическом случае. Пациента доставили в Резекненскую больницу на скорой, однако вскоре отправили домой, поскольку неправильно поставили ему диагноз. В результате человек через несколько часов умер от обширного инфаркта. Родственники умершего получили от Фонда врачебного риска 105 тысяч евро. Извините за цинизм, но получается, что человеку надо умереть полтора раза, чтобы получить максимальную компенсацию.
– Устанавливая степень тяжести нанесенного вреда, помимо норм приложения № 2 мы принимаем во внимание и другие критерии, которые тоже оговорены в тех же правилах № 1268. Смотрим на то, например, пришел ли человек к врачу практически здоровым или уже имел хронические болезни. Представим, он пришел на операцию катаракты уже практически слепым. Максимальную компенсацию в 30% в связи со зрением он сможет получить, если при расследовании будет доказана действительно очень грубая ошибка врача и все ее признают.
Возможно, есть случаи более щедрых выплат? Андрис Зивертс смог привести только один пример. Человек пришел на операцию по поводу опухоли в горле, которая вросла в нервы. Операция была довольно сложная, и хирург во время нее повредил нерв. В результате правая рука у человека повисла плетью. Этот человек не смирился, вложил деньги и всю свою волю, прошел хорошую дорогостоящую реабилитацию и сейчас может поднять эту руку вверх. Но какие-то ограничения у него остались. Ему выплатили не только за полученный ущерб, но и возместили затраты на устранение последствий врачебной ошибки (затраты на реабилитацию).
Максимальная сумма компенсации, которая может быть выплачена пациенту за ущерб жизни и здоровью (в том числе и за моральный ущерб) – 142 290 евро. Также возмещаются расходы на лечение пациента в размере этих расходов, но не более 28 460 евро (за расходы пациента, которые были необходимы, чтобы устранить последствия нанесенного вреда, если вред причинен после 1 января 2014 года).
Источник - mklat.lv
Kriminal.lv в Телеграме