Отметим, что филологические дискуссии вполне обычны для подобных дел. "Он меня просто не так понял", — как правило, защищается обвиняемый. На что пострадавшая сторона отвечает, что угрозу восприняла как вполне реальную.
Кто кому должен
Обвиняемый и потерпевший — оба взрослые мужчины, серьезные бизнесмены, пришли в суд в компании своих адвокатов.
В конце 2007 года фирма Valežs, принадлежащая потерпевшему (специализация – пряности и пищевые добавки), прекратила всяческие деловые отношения с фирмой Latona, во главе которой стоял Павлик. Последний работает в сфере предоставления похоронных услуг. Мужчины успешно сотрудничали с 1999 года, между ними были стабильные деловые отношения, чуть ли не семьями дружили, но потом в бизнесе наступил переломный момент.
Со слов Валерия Юдина, «Латона» задолжала «Валежу» некую сумму денег по неоплаченным накладным. В связи с этим Валерий начал отправлять Олегу предупредительные письма о том, что нужно оплатить долг. Павлик на письма никак не реагировал, хотя позже предложил расплатиться с долгом лишь частично и на том мирно разойтись. Юдин не согласился.
Но у «похоронного» бизнесмена своя версия событий трехлетней давности:
— Мы дружили с Валерой, но бизнес бизнесом. Я всегда вовремя оплачивал все счета, а этот якобы долг – это всего лишь ошибка бухгалтера. На самом деле крупный платеж поступил на счет его компании еще в 2005 году. Так что денежных конфликтов между нашими предприятиями не было. Наоборот, когда у фирмы Valežs возникли трудности по оплате кредита и Unibank хотел расторгнуть с ней договор, я, благодаря своим связям, помог Валерию. И даже частично оплатил его долг перед банком, чтобы помочь ему привести в порядок материальные дела. А вместо благодарности Валерий подал на меня в суд, но я на него не обижен.
«Рано или поздно черви у всех обглодают кости»
Тут свое слово вставляет Валерий Юдин:
— После того, как на фирму Latona были предупредительные письма, Олег почти сразу начал отправлять мне на мобильный сообщения очень странного характера. В них часто фигурировали слова «кровь» и «смерть». Причем SMS не содержали вопросов, в них была как бы констатация факта. Вначале меня это неприятно удивило, я пытался поговорить об этом с Олегом при встрече. Но, когда количество таких сообщений с явными угрозами в мой адрес превысило 100 штук, я написал заявление в полицию...
— Валера все неправильно воспринял, — начал оправдываться Павлик. – Да, я отправлял ему эсэмэски, но не ему лично, а на мобильный, зарегистрированный на его фирму – на Valežs. Я помню, что как-то Валера сказал мне, что у него есть трое детей: два сына и «дочка» — то есть фирма. Он очень трепетно относился к своему бизнесу, называя свое предприятие «ребенком». А то, что я писал в сообщениях, — это были предостережения в отношении его бизнеса. К примеру, слово «кровь» — это финансовые средства, новые вливания, которые необходимы ему для успешной работы. «Смерть» — это гибель компании, от которой я его предостерегал. И так далее. Повторюсь – сообщения отправлялись от фирмы фирме, здесь нет личных отношений, — уверенно заявил Павлик, добродушно поглядывая на всех участников процесса.
— «Нет ничего прекраснее вида умирающей женщины» — это тоже относится к бизнесу, — недоумевает прокурор Инета Лисевич. – Вот господин Юдин считает, что этим вы намекали на угрозы в адрес его жены.
— Да вы что? – искренне удивляется обвиняемый. – Если бы я угрожал ей, Жанна Юдина не готовила бы нам с ее мужем кофе, когда я приезжал к нему на беседу в офис. Я очень уважаю эту женщину. А данная моя фраза относилась исключительно к бизнесу, вы правы.
— А как вы объясните следующее SMS (в разговор вмешивается адвокат Юдина), отправленное с вашего телефона Юдину ночью 30 декабря — «Смерть уже близко. Она должна знать, что она обязательно умрет, но он умрет раньше»?
— Это все в аллегорическом контексте, я просто подчеркивал остроту ситуации, ничего личного, — обвиняемый полон спокойствия.
— Как вы сами оцениваете свои действия? – искренне удивляется судья Вевере. – Отправлять сообщения ТАКОГО характера, да еще и в праздничную ночь.
— 30 декабря – это еще не праздник. В бизнесе не бывает выходных. Вот у меня, к примеру, телефон круглые сутки включен, чтобы не пропустить важный звонок. У Валерия, знаю, что тоже. А SMS – это часть рабочих отношений, обмен мнениями.
— И все же вы считаете такие поступки адекватными? – пытается добиться ответа судья.
— В этом мире все относительно. Но угрожать семье Юдина я не собирался. Я психически здоров для этого, экспертиза это подтвердила. Я понимаю, для вас эти тексты могут звучать странно, но Валерий оценивал это иначе и все понимал, я знаю.
— Да, мы видим! Поэтому он сейчас и здесь – в суде! – подшучивает судебная коллегия.
— Может, вы писатель? – выдвигает свою версию прокурор.
— Я не хотел бы отвечать на этот вопрос, — уходит от ответа Павлик.
Далее адвокат Юдина вместе с прокурором зачитывают еще несколько эсэмэсок:
«Я тоже умру. Вчера уже одного похоронили, а другой лежал на рельсах...»,
«Очень не хочется, но ты не оставляешь мне выбора...»,
«Пора заказывать места, имущество скоро сгорит...»,
«Как страшно жить: идешь в школу и бац! – вторая смена...»
Несложно догадаться, какие мысли возникали в голове у потерпевшего, когда на его мобильник приходили такие «рассуждения о бытии» от его бизнес-компаньона. Угроза его жизни, имуществу, его жене и детям. Не мудрено, что он обратился за помощью именно в полицию, а та уже переправила дело в суд.
Итог
Олег Павлик узнал о том, что Юдин подал на него в суд в мае 2008 года. Но даже несмотря на это, продолжил с завидной периодичностью отсылать бывшему компаньону подобные SMS-рассуждения.
— А еще он признавался мне в любви. Да он, оказывается, нетрадиционной ориентации! Проверьте распечатку сообщений! – чуть ли не выкрикивает потерпевший.
— Не было такого, это поклеп, — все так же спокойно реагирует Павлик.
Чуть позже Олег Павлик ходатайствует перед судом и просит провести повторную полиграфическую экспертизу, которую готов оплатить из собственных средств.
— Этот вопрос мы решим позже, а сейчас – перерыв! – объявила судья.
На следующий день судья осталась непреклонной — она оставила приговор суда первой инстанции без изменений. Плюс обязала Павлика выплатить Юдину 863 лата в качестве моральной компенсации.
Самые громкие "дела об угрозах"
n В 2008 году 5 лет тюрьмы за злоупотребление служебным положением, вымогательство и угрозы убить предпринимателя Майкла Аврутина получил экс-заместитель начальника Экономической полиции Михаил Белкин.
Потерпевший — гражданин США, он же экс-совладелец сети магазинов Nelda Майкл Аврутин рассказывал, что Белкин фактически вынудил его отдать часть своей фирмы Nelda Ltd. К тому же на него началось постоянное давление с целью выбить деньги. В какой-то бизнесмен внезапно столкнулся с Михаилом Белкиным в Старой Риге. Тогда и прозвучала фраза: «Ты труп!». Аврутин воспринял эту угрозу всерьез и обратился в правоохранительные органы.
n В ноябре 2008 года к штрафу в размере 1 600 латов приговорили предпринимателя Игоря Иванова за угрозы в адрес друга его покойной супруги Эллы Ивановой — руководителя агентства Queen of stage Ояра Грасманиса. Дело в том, что Элла Иванова начала бракоразводный процесс с мужем–миллионером и собиралась уйти к Грасманису. Между мужчинами состоялся жесткий разговор, Иванов бросил перед Грасманисом пулю, сделав конкретный намек на туманное будущее директора концертного агентства. Игорь Иванов это отрицает.
Позже Элла Иванова была застрелена, а её муж был осужден за организацию этого убийства.
Kriminal.lv в Телеграме
