Прокуроры уходят в адвокаты
— Люди продолжают уходить, — заявил генпрокурор. — Есть те, кто уходит на пенсию, но, как правило, уходят работать в адвокатуру. Там тоже несладко — есть проблемы с платежеспособными клиентами. Однако опыт прокуроров в итоге оказывается полезным. Конечно, ситуация не трагичная: приходят и новые люди. Но ведь молодых выпускников вузов нужно обучить, а опытных специалистов, которые способны это сделать, как раз и не хватает.
К нам пришла недавно девушка и показалась нам крайне перспективной: училась за границей, владеет иностранными языками. Однако тот прокурор, к которому ее направили (в районной прокуратуре), фактически ее испортил — уж очень низкий у него был уровень.
По словам г-на Калнмейерса, проблемы в кадрами наблюдаются и в Риге, где традиционно больше дел, и в регионах.
— Казалось бы, эту проблему можно решить так: перебросить специалистов из одной местности в другую. Однако это связано с обустройством сотрудников: их нужно обеспечивать жильем, а у них семьи, дети... Это все упирается в финансирование.
В то же время низкое качество обвинений приводит к проигранным в суде делам — что снова означает финансовые потери для государства.
Страдает прокуратура и от плохого состояния материально-технической базы:
— Здание на Дзирнаву, 113, в котором находятся 7 прокуратур, еще 4 года назад специалистами было признано предаварийным. И лучше оно за это время не стало. Я могу сказать точно: если возникнет угроза хоть для одного сотрудника прокуратуры, я никому не позволю там остаться — всех выгоню, а потом уже будем думать, где размещать людей, — пригрозил г-н Калнмейерс.
Впрочем, по словам генпрокурора, вопрос с конкретно этим зданием потихоньку «начал двигаться» — на следующей неделе запланировано собрание для его обсуждения.
— Но проблема не только в этом конкретном здании. Есть и другие. К тому же наши люди работают на компьютерах еще 2003 года. Они ломаются, их чинят, после чего снова кое-как работают. А что будет, когда они выйдут из строя окончательно? Печатные машинки из подвала достанем? От машин, взятых в 2007 году в лизинг, пришлось отказаться — нет средств, чтобы за них платить. Сейчас зачастую возникают проблемы с доставкой документов или сотрудников. Допустим, кому-то в Риге нужен документ из Даугавпилса. Проще всего — отсканировать и переслать по мейлу, но техники нет. Так что приходится либо везти его на машине, либо посылать по почте. А это уже — дополнительное время.
Как один из приоритетов в работе прокуратуры Эрик Калнмейерс обозначил создание системы повышения квалификации сотрудников юстиции.
— Сейчас есть центр обучения судей, который, спасибо ему за это, оставляет бесплатные места для прокуроров тоже. Однако это частная структура. Латвия — наверное, единственная страна в ЕС, где государство не занимается повышением квалификации сотрудников системы юстиции. В Эстонии и в России в обязательном порядке каждый год прокурорам нужно проходить курсы. Просто, чтобы быть в курсе изменений. У нас же ничего подобного нет. Не все занимаются своим самообразованием, довольствуясь мыслью, что им хватит тех знаний, которые у них уже есть. Это, в свою очередь, вновь приводит к упрекам в низкой квалификации судов и бессилии судебной власти.
На вопрос депутатов, считает ли он нужным привлекать к преподаванию на таких курсах иностранных специалистов, г-н Калмейерс ответил так:
— Как правило, опыт иностранных специалистов практической пользы не приносит — все-таки слишком разнятся законодательства в разных странах. Однако иногда поднимаются крайне интересные темы. Так, к примеру, в Литве был семинар по поводу судебной речи. Там было рассказано в деталях, в какой момент лучше рассказывать о доказательствах, в какой — переходить к отражению доводов защиты и т.д. И все это — с точки зрения исследований психологов. Для таких выступлений следует привлекать также иностранных экспертов. Однако наша насущная необходимость — это местные специалисты, имеющие практический опыт и владеющие знаниями по местному законодательству. И в Латвии достаточно преподавателей, которые смогли бы проводить системное обучение прокуроров.
Что в итоге:
— Нехватка квалифицированных специалистов приводит к тому, что замедляется расследование громких и важных дел, — констатирует г-н Калнмейерс.
Топ-3: «Вентспилсское дело», дело Parex banka и «цифра-2»
— Топ-3 дел, которые сейчас расследует прокуратура и которые всех интересуют, это «Вентспилсское дело», дело Parex banka и так называемое цифровое дело. На всех этих делах сказывается нехватка специалистов. Ведь те, кто их расследуют, должны понимать в банковском деле, финансах, знать иностранные языки, чтобы иметь возможность допрашивать свидетелей. Таких людей — немного, поэтому приходится их занимать одновременно в нескольких расследованиях, что тоже процесс не ускоряет.
Чуть подробнее об этих делах:
— Всех сейчас интересует Вентспилс, однако огромное количество материалов и нехватка людей приводят к тому, что дело идет относительно медленно. Сейчас начата инвентаризация дела, чтобы выявить направления, перспективные для расследования — где можно найти состав преступления. Тогда расследование будет продолжаться только в этих направлениях, а в остальных — будет прекращено.
Дело банка Parex тоже будет непростым. Приходится сотрудничать с правоохранительными органами других стран, отсылать запросы. Это трудно по двум причинам: во-первых, опять же не хватает специалистов, чтобы составить качественный запрос на иностранном языке. А во-вторых, нравится нам это или нет, но просьбы Латвии не слишком уважают за границей. Там считают, что ответ можно вообще не присылать или отвечать годами. В общем, будет трудно.
Объемным и трудным обещает быть и «дигитальное дело» — продолжение того дела, по которому сейчас идет процесс в суде. Однако по нему я бы не хотел высказываться сейчас.
Депутаты попросили прокомментировать г-на Калмейерса также вопрос о закрытии уголовного дела по принятию банка Parex.
— Процесс закончен, но точка в нем еще не поставлена: срок обжалования решения еще не истек. Этот процесс касался действий правительства при принятии банка — не было ли корысти в их мотивах и т.д. В остальной части, в том числе и о происхождении субординированного капитала, продолжается.
О полномочиях SAB
Дзинтарс Яуджейкарс попросил Эрикса Калмейерса прокомментировать полномочия директора Бюро по защите Сатверсме (SAB), которые зачастую производят впечатление чрезмерных:
— Согласно Сатверсме, все имеют право на справедливый суд. Однако так получается, что есть один человек, чьи решения не подлежат обжалованию в латвийских судах — это директор Бюро по защите Сатверсме, — говорит г-н Яуджейкарс. — В итоге начинаются манипуляции с допуском к гостайне и т.д.
Г-н Калмейерс напомнил, что оспаривать решения директора SAB можно. Но только у генпрокурора.
— Тут стоит опираться на решение Конституционного суда, который счел,что допуск к гостайне — не относится к основным правам человека. Поэтому и право на справедливый суд не ограничивается.
Но г-н Калнмейерс признал: законодательство об оперативной деятельности вызывает множество вопросов у общественности. Однако для качественного решения нужно множество ресурсов, а людей пока и так не хватает...
О выборах генпрокурора и месте прокуратуры
Высказался г-н Калмейерс и по процедуре, через которую ему недавно пришлось пройти — это выборы генпрокурора. По его мнению, этот процесс требует доработки в будущем.
— В очень многих государствах этот вопрос решается через советы юстиции. Почему? Во-первых, у прокуроров должна быть возможность выбрать своего кандидата. Но прокуроры в Латвии пока этого права лишены. Своего кандидата (или кандадатов), конечно, может выдвигать и председатель Верховного суда, и ещё кто-то (это вопрос дискуссии). И тогда обсуждение этих кандидатов — их пригодности — должно происходит в совете юстиции. После этого председатель Верховного суда уже выдвигает одного из них для голосования в Сейме. После этого он уже мог бы обосновать, почему из всех кандидатов, он выбрал именно этого человека. А сейчас отбор кандидатов происходит только в голове председателя Верховного суда... Да, процедура при нескольких кандидатах станет более сложной и будет занимать больше времени, но в итоге это пойдет только на пользу обществу.
Г-н Калнмейерс обратил внимание депутатов и вот на какой момент: упоминание о прокуратуре по-прежнему отсутствует в Сатверсме. Однако этому учреждению следовало бы найти место в основном законе.
— Нынешняя ситуация делает положение прокуратуры несколько неопределенным. Возможно, политики зарезервировали возможность подчинить прокуратуру законодательной власти? Если бы в Сатверсме было черным по белому написано: «прокуратура является частью судебной власти», это было бы уже трудно изменить. А пока это закреплено только в законе о прокуратуре и в законе о судебной власти. Но эти законы изменить — не сложно.
И об утечках в «деле Лембергса»
Г-н Калмейерс уже после заседания для журналистов прокомментировал вопрос о публикации материалов из «вентспилсского» уголовного дела (они легли в основу одной из книг Лато Лапсы), которое сейчас рассматривает Рижский окружной суд. Напомним, в интернете появились распечатки счетов Айварса Лембергса и Анрйиса Лембергса, а также показания свидетелей по делу.
— Мы не констатировали, что эти материалы были переданы для публикации через прокуратуру, — заявил г-н Калмейерс. — Однако следствие по этому процессу ведет полиция.
Для справки
Статистику преступлений по состоянию на 1 сентября можно оценить как удовлетворительную, заявил депутатам Генеральный прокурор.
Он отметил, что еще в начале года наблюдался рост преступности, но сейчас во всех ее сегментах наблюдается спад. В абсолютных цифрах спад — 10%. При этом число особо тяжких преступлений к нынешней осени сократилось почти на 28%, по сравнению с тем же периодом прошлого года. Число тяжких упало на 13%, меняя тяжких — на 9%. Количество правонарушений сократилось на 15%.
По словам генпрокурора, существенных изменений криминогенной обстановки не прогнозируется, показатели преступности остаются стабильными.
Kriminal.lv в Телеграме
