7 Декабря 2019 12:57
Новости
Все новости
  17:09    15.6.2015

"Сиротская индустрия": зачем детей отправляют в психбольницы (1)

&quot;Сиротская индустрия&quot;: зачем детей отправляют в психбольницы <span class="comment-count">(1)</span>
fonstola.ru
После обследования Бюро по правам человека детских домов начался скандал. Как выяснилось, 10 миллионов, выделяемые на сирот, до них по сути дела не доходят.

В наших детских домах многим воспитанникам попросту ломают жизнь, там процветает психоэмоциональное и сексуальное насилие.

Дело настолько серьезно, что госуполномоченный по правам человека Юрис Янсонс обратился в Генпрокуратуру с заявлением. Как пояснил нам сам омбудсмен: "Детей отправляют в психбольницы, потому что так проще. А финансирование за них продолжает поступать в детдома".

По словам Юриса Янсонса, воспитанников, которые живут в учреждениях опеки, сейчас отправляют в психоневрологические больницы в 10 раз чаще, чем детей, которые проживают у опекунов и в приемных семьях...

"Почему их не отправляют в семьи!?"

Если вкратце, то Бюро омбудсмена выяснило: детей, которых зачастую забрали из "неблагополучных семей", вместо того, чтобы учить, лечить и воспитывать, зачастую попросту отправляют в дурдом. А финансирование при этом продолжает поступать -- 1) в детские дома; 2) в учебные заведения; 3) и, само собой, в лечебные учреждения.

Юрис Янсонс:

-- По Конвенции о защите прав детей, по закону о самоуправлениях и целому ряду других законов: если над ребенком взята опека, то государство и самоуправления должны делать это наилучшим для него образом!

Но, как констатирует омбудсмен, этого зачастую не происходит. Вот забрали ребенка -- послали в детский дом, где опеку берет на себя директор. И там происходят страшные вещи.

- Но представители инспекции по правам детей говорят, что вы не правы...

 Юрис Янсонс:

 - Это неправда! Они признали, что Рижский опекунский суд не был эффективен и не работал в интересах детей. Когда мы проводили мониторинг 21-го детского дома самоуправлений, то установили, что там годами не пересматривались личные дела детей. То есть, закон был нарушен уже в связи с этим. Ведь это должно делаться каждый год! При этом должно было решаться: нет ли возможности возвратить ребенка в биологическую семью. И если нет такой возможности, то должны были искать альтернативу. А это значит: возможность отправить ребенка в приемные семьи и другие варианты...

Тут мы прервем г-на Янсонса, чтобы еще раз напомнить читателю: на содержание сирот государство выделяет значительные деньги. То есть: они осваиваются конкретными людьми. Стоит ли удивляться, что "сиротская индустрия" не слишком стремится выпустить из своей орбиты воспитанников?

Но вернемся к детским домам и сиротам в психбольницах.

-- При той ситуации, которая зачастую складывается в детских домах, у воспитанников действительно констатируют поведенческие отклонения, -- комментирует общую ситуацию омбудсмен. -- Но это же не значит, что их надо отправлять в психиатрическую больницу! С ними надо работать педагогам, психологам и другим специалистам. Но делается так, как легче!

А пока воспитанник лечится -- деньги продолжают поступать за него в детдом. И отдельно -- оплачивается его лечение в психиатрической больнице. И отдельно -- учеба.

-- Наша система [опеки] не только противозаконна, но и противоречит интересам детей, -- достаточно жестко оценивает общую ситуацию омбудсмен.

Вместо поиска наилучшего варианта для ребенка, госинституции лишь футболят ребенка по инстанциям с "конечной остановкой" в психиатрической больнице.

По итогам исследования правозащитник направил в Генпрокуратуру Латвии заявление с требованием начать проверку о выявленных нарушениях в области прав детей, оставшихся без опеки родителей.

Цифры "сиротской индустрии"

В год почти 10 млн евро тратятся на содержание детей в трех учреждениях: детских домах, школах-интернатах и психиатрических больницах. Сейчас в детских домах и центрах опеки находятся 1800 детей; 372 ребенка размещены в психо-неврологических больницах.

Самые частые проблемы тех, кто попал в "дурку": попытки суицида и нарушения поведения. Врачи, в свою очередь, говорят: стационарное лечение не эффективно, справиться с проблемами может помочь только длительная педагогическая работа. Однако воспитанников все равно отправляют в стационары.

Получать образование детдомовцы имеют право в ближайшей школе. Однако многие директора детских домов предпочитают отправлять подопечных в школы-интернаты. Причем, нередко их отправляют в очень отдаленные места, тем самым, лишая возможности общаться с семьей и друзьями. В итоге, дети из Тервете учатся в интернате в Резекненском крае (расстояние 300 км), а дети из Елгавы - в Дагде (298 км). Руководство детдомов оправдывается: подопечные у них с особенностями, не всех можно отправить в обычную школу, не всем подойдет и любой интернат. Вот и выбирают специализированные интернаты по потребностям. А уж где они находятся - это дело десятое.

По данным омбудсмена, за детей в итоге платят "по тройному тарифу". Для начала, на каждого ребенка детскому дому в среднем выделяется 600 евро в месяц. И выплаты не прекращаются, даже если ребенка там нет. В школе-интернате, в свою очередь, на ребенка выделяют 300 евро, а в психо-неврологической больнице - 36 евро в день. В итоге, если ребенка отправляют из детдома в интернат, а затем - в психо-неврологическую больницу, государство заплатит всем трем учреждениям. (Для сравнения, семье опекунов выделяет 100 евро на ребенка в месяц, приемной семье - 250).

Тогда получается, что детским домам выгодно отправлять детей в интернаты? Вот, к примеру, в детском доме «Līkumi» (край Салас) из 54 воспитанников проживают только 10 детей. Остальные 44 находятся в интернате.

Кстати, исследование показывает, что в детских домах воспитанники живут по 4-10 лет. За это время вопрос о возвращении ребенка в его родную семью или в приемную - зачастую даже не поднимается.

"Мы не согласны!"

С выводами бюро омбудсмена уже спорят. Так, директор сиротского дома «Līkumi» Юрис Бокис публично заявил, что они поверхностные.

-- Представители бюро были у нас только 1 раз и ознакомились только с личными делами, со мной не говорили, ничего подробнее не выясняли. Но в «Līkumi» на одного ребенка выделяется не 600 евро, а 398. Мы для детей дом, даже тогда, когда они в специальном учебном заведении. Мы поддерживаем с ними связь. Есть дети, которым необходимы лекарства, нам их приходится покупать. Если ребенок заболеет, надо за ним ехать, чтобы доставить к врачу. Не все необходимые специалисты есть здесь, иногда приходится везти ребенка к врачу в Ригу. Нам же надо покупать одежду. Школе за это не платят, там обеспечивают только обучение. В расходы включены и зарплаты работников, но когда дети в школе-интернате, у нас работает столько человек, сколько необходимо. Нас проверяла Государственная инспекция по защите детей, и никаких нарушений не выявила. Госконтроль проверял самоуправление, и тоже нарушений не обнаружено.

Омбудсмен обращается в Госконтроль и прокуратуру. Это его право. Пусть едут ещё ревизоры. Я не чувствую себя преступником, потому что делаю все, что диктует закон. Выводы омбудсмена преждевременные, в этой связи мне от души жалко наших работников, которые стараются дать детям лучшее.

Сиротские будни: как сотрудник детдома отделался условным сроком за педофилию

Месяц назад Рижский окружной суд вынес приговор в отношении экс-руководителей Рижской школы-интерната «Ластадия». Этот процесс исчерпывающе, на наш взгляд, иллюстрирует нелегкую жизнь сирот в Латвии.

Суд признал, что завхоз сексуально использовал воспитанников, а директор его покрывала, не реагируя на жалобы детей. Однако оба они отделались условными сроками.

Уголовное дело возникло после сообщений инспекции по защите прав детей. Далее, в ходе следствия было установлено, что в период с 2006 по 2008 год воспитанники школы-интерната подвергались регулярному насилию, всего в деле насчитывается 48 преступных эпизодов.

Сколько именно детей признаны пострадавшими, не сообщается, поскольку дело слушалось в закрытом режиме. Однако известно, что вместе со свидетелями их более двадцати. Окончательные обвинения были предъявлены в 2010-м.

И вот, Рижский окружной суд вынес решение по этому делу. Что в итоге? Обвиняемые Пинегина, и Осе приговорены к условным срокам — ему дали полтора года, а ей - 10 месяцев, хотя прокурор требовал для обоих реального заключения.

Суд учел смягчающее вину обстоятельство - в ходе процесса не были соблюдены права обоих руководителей школы "на разумные сроки окончания следствия". Однако это еще не окончательное решение -- теперь у осужденных и обвинения есть ещё и возможность подать апелляцию.

Вердикт вызвал определенное возмущение в латвийском обществе. "Рассматриваемый случай является моральным лицемерием – скрываем информацию от детей, вводя нравственное воспитание в школах, а сексуальных преступников защищаем", - прокомментировала приговор основательница общества "Vecāki par izglītību" Яна Симановска.

В ходе дискуссии, которая началась г-жой Симановской в Twitter, предприниматель и эксперт по общественным отношениям Ансис Эгле задался вопросом: "А что было бы, если бы пострадали от сексуального насилия не сироты, а дети кого-нибудь другого – к примеру самого судьи или политика?"...

Как мы понимаем, это вопрос риторический, уважаемый читатель.

 

P. S. Вопросы омбудсмену мы задавали в ходе передачи «Действующие лица» на Latvijas Radio 4. Ведущая передачи — Валентина Артеменко.

Для справки: куда жаловаться

Бюро омбудсмена находится в Риге, на ул. Базницас, 25 (LV-1010). Телефон: + 371 67686768

Приём клиентов ведется по рабочим дням с 10:00 до 16:00.

На консультацию необходимо записаться заранее, позвонив по телефону +371 67686768. Однако можно получить консультацию или пожаловаться и по электронной почте, отправив интересующий вопрос на Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. .

Стоит учесть, что подача омбудсмену жалобы и возбуждение проверочного дела не останавливает действие нормативного акта, решения суда, административного или другого индивидуального правового акта, а также течение предусмотренных законом процессуальных сроков. Вместе с тем использование альтернативных правовых механизмов защиты (например, суда) может стать невозможным.

После получения письменной жалобы или заявления омбудсмен в течение месяца принимает решение о возбуждении или отказе в возбуждении проверочного дела (в случаях, если жалоба не содержит информацию о нарушении или не входит в компетенцию омбудсмена), и сообщает об этом лицу.

Проверочное дело рассматривается в течение трех месяцев. Если дело сложное, или по другим объективным причинам этот срок соблюсти невозможно, омбудсмен может его продлить (заявителю об этом сообщат).

В жалобе необходимо указать имя, фамилию, номер телефона и адрес заявителя, на который будет отправлен ответ. По выбору заявителя предоставляются сведения о времени и месте рождения, роде занятий, гражданстве, адресе прописки и фактическом адресе лица, если это имеет существенное значение по этому делу.

О сути жалобы следует рассказать:

  • об учреждении или лице, против которого направлена жалоба;
  • все известные факты в последовательности, в которой они произошли, с точным описанием событий, обстоятельств, именами вовлеченных лиц или должностных лиц, точными названиями и адресами учреждений и отрицательными последствиями нарушения (нанесенным ущербом);
  • информацию о том, была ли подана жалоба на действия или решение учреждения в высший орган, если была такая возможность. Если лицо не воспользовалось возможностью защиты своих прав, омбудсмен обычно не сможет рассмотреть такую жалобу;
  • если возможно, необходимо предоставить и обосновать информацию о том, какие права были нарушены, в пределах возможного ссылаясь на законы Латвии или международные документы о правах человека.

В заявлении следует особо указать, если заявитель не желает, чтобы омбудсмен связывался с ответчиком и другими заинтересованными учреждениями, которые рассматривали это дело или вправе его рассматривать, или не разглашал его имя во время общения. Однако в этих случаях работа омбудсмена будет затруднена, и возможности достижения успешного решения дела уменьшаются.

К жалобе прилагают копии доступных документов, связанных с возможным нарушением.

Какие жалобы омбудсмен не рассматривает:

  • если о конкретном нарушении уже вступило в силу решение суда;
  • споры между частными лицами, кроме случаев, когда лицо столкнулось с дискриминацией или неравноправным отношением. В таких ситуациях омбудсмен может от имени лица подготовить заявление и представлять лицо в суде.
  • если права жителей Латвии нарушили иностранные государственные или муниципальные учреждения. В этих случаях лицо должно обратиться в учреждение омбуда соответствующего государства. В свою очередь, жалобы на нарушения, допущенные учреждениями Европейского Союза, рассматривает европейский омбуд.
  • если нарушение было допущено давно (несколько лет назад).

 

Николай КУДРЯВЦЕВ,  "Вести Сегодня".



Рекомендованно для вас

Также по этой теме

Оставить комментарий

Комментарии

  • mda 25 Июня 2015 21:17

    Līkumi? Udivljaujssj! Kogta to ona nazivalasj po drugomu. Ābeļu bērnu nami. Čitaeš etu statju ona napomnila mojo prošloe vsjo taki ostalosj nastaļgija ot sovetskih vremjon. Takaja bolj ostalosj na vsju žizņ. Deistvideļno detei tam kalečat..., takie vspominanie až boļno stanovitsja...

Криминальный топ 3

Криминальный топ 3

Читать все новости »

Комментарии

Комментарии