Судья не комментирует свое решение подробно, ссылаясь на то, что занята подготовкой полного текста приговора – отмечает лишь, что введенный в годы кризиса запрет на выплату премий в государственном и муниципальном секторе нельзя трактовать однозначно.
Сдержан в комментариях и прокурор, который вел это дело в суде – Артис Клявиньш. Хотя он и уверен в том, что закон гласил четко: премии выплачивать запрещалось. Поэтому решение суда первой инстанции прокурор намерен обязательно оспорить.
Клявиньш работает в прокуратуре четыре года. Ранее был следователем в полиции, служил в СГД. Генпрокурор Эрик Калнмейер считает, что специалисту с таким послужным списком не достает опыта:
«Людей в прокуратуре достаточно, но у этих людей (новичков) еще нет соответствующего опыта, чтобы их считать опытными прокурорами», - сказал он. Достаточно – это, по мнению Калнмейера, от пяти лет. Именно за такой срок удается вложить большие ресурсы в обучение специалиста, в его профподготовку. Без этого нельзя обеспечить нужный уровень качества работы прокуроров, признал генпрокурор.
Опрошенные Latvijas radio юристы, в том числе уволившиеся прокуроры, признали, что сейчас прокуратура ослаблена. По словам присяжного адвоката, преподавателя высшей школы бизнеса Turība Артура Звейсалниекса, в прошлом следователя полиции, состояние дел сейчас таково, что страдает качество расследований.
Именно прокуратура должна обеспечивать должный уровень подготовки материалов обвинения, но она не требует необходимого качества от полиции, поэтому в суд попадают «сырые» уголовные дела. И если с обыденной уголовщиной система еще справляется, то крупные экономические преступления могут остаться безнаказанными.
Зато масса ресурсов тратится на такие дела, как кража круга колбасы из Maxima (колбаса возвращена сразу, дело тянется три года) или прославившееся по всей Латвии хищение бульонного кубика стоимостью 17 сантимов. У Звейсалниекса сейчас в работе, по его словам, находится дело о краже из магазина Gerkens & Co, совершенной в 1994 году.
В то же время на серьезные случаи рейдерства, мошенничества с применением запутанных схем или крупных хищений ресурсов у прокуратуры уже не остается. Яркий пример – «игры» недобросовестных бизнесменов с неплатежеспособностью предприятий.
По мнению коллеги Звейсалниекса, Саулведиса Варпиньша (он успел и сам послужить прокурором в первые годы после восстановления независимости Латвии), прокуратура не только слабо готовит обвинения, но и недостаточно надзирает за работой полиции. В практике Варпиньша бывали случаи, когда прокурор приходит на заседание суда, явно не ознакомившись с материалами дела. У адвоката претензии к прокуратуре по части нарушения процессуальных сроков:
«В избытке нерассмотренных дел – около 200 тысяч. Это же огромное число! Это камушек в огород прокуратуры. Много дел, в том числе в моей практике, просто тянется годами. Лицо допрашивают в феврале – и до конца года вообще ничего не происходит! Как такое возможно?»
Адвокаты указывают, что прокуратура сама создает почву для коррупции, потому что сталкиваются с конкретными делами, которые поддерживаются для давления на кого-то – политического либо экономического.
По отзывам тех прокуроров, что уволились из рядов государственных обвинителей, причинами их ухода становились чаще всего синдром выгорания, низкие зарплаты, принудительный выход на пенсию (прокурором можно служить только до достижения возраста 67 лет), а еще, как ни странно прозвучит, дополнительным негативным аргументом были мантии: изготовленные из синтетики, летом они доставляют прокурорам ощутимые физические мучения.
Источник - lsm.lv
Kriminal.lv в Телеграме