Версия для печати
  10:38    2.5.2018

Документы КГБ в 90-х сжигали земессарги, которым платили спиртом (1)

Документы КГБ в 90-х сжигали земессарги, которым платили спиртом <span class="comment-count">(1)</span>
Полноценной информации об агентах КГБ, ГРУ СССР и других советских тайных служб в Латвии не сохранилось, пишет Neatkarīgā Rīta Avīze. Документы начали уничтожать еще в 1990 году. Причем, в этом принимали участие и земессарги, расплачивались с ними спиртом.
По приказу Крючкова

Бывший глава Центра документирования последствий тоталитаризма и исследователь архивов КГБ Индулис Залите в разговоре с Neatkarīgā Rīta Avīze вспомнил, что еще в 1990 году, за год до падения СССР, началось масштабное уничтожение архивов КГБ в Латвийской ССР. Председатель КГБ Владимир Крючков в 1990 году объявил два приказа – один 1 сентября, второй 24 ноября – уничтожить в центральных и территориальных органах КГБ оперативные дела, связанные с политической контрразведкой. 

«Это делалось и в Латвии, и свидетельства об этом есть в записях сотрудников КГБ, – рассказал Залите. – Жглось и многое другое, например, архив перлюстрации корреспонденции или архив контроля почтовой переписки. Там были собраны образцы почерков, переписка живущих в Латвии и за рубежом. Второй большой архив, который уничтожали, это архив профилактики. В 1987 году КГБ начал отказываться от такого метода работы как профилактика. Выражалась она так: если о каком-то человеке от агентуры или из других каналов получали сигналы о возможной антигосударственной деятельности этого человека, то его через доверенных лиц КГБ, которые работали в кадровой части или администрации рабочего места данного человека предупреждали о проблемах в ближайшем будущем. Иногда с взятым на профилактику общался доверенное лицо КГБ «Янка», говоря: «Хватит делать глупости, если хочешь должность повыше или поступить в вуз, подумай о своем будущем».

Документирование этих мероприятий составляло внушительный архив. Профилактические мероприятия активно применялись в сфере идеологии. В конце 1974 года ввели официальное профилактическое мероприятие – официальное предупреждение со стороны КГБ, о чем нужно было сообщать в прокуратуру. От того, что присылалось в прокуратуру, в латвийском государственном архиве сохранилось несколько папок, но большая часть пропала. Иногда эти материалы были намного объемнее, чем дела оперативного следствия.

Хватало того, что жечь, и не только потому, что Латвия начала отделяться от СССР, но и потому, что в атмосфере перестройки многие методы КГБ казались незаконными».

Жгли за стакан спирта

То, что и сами представители властей восстановленной Латвии распоряжались хранившими в здании КГБ запасами информации и безалаберно, и преступно, свидетельствуют многие источники, пишет Neatkarīgā Rīta Avīze. Например, последний глава КГБ Латвийской ССР генерал Эдмунд Йохансон в книге мемуаров «Записки генерала ЧК», помимо прочего, описал, как с 1991 года по лето 1992 года шло неконтролируемое уничтожение носителей информации КГБ, в основном, документов. В процессе принимали участие и земессарги Латвии, получая за работу спирт.

«Юридически комитет считался ликвидированным, его руководство уволенным, но работники остались. Понятно, что началась самодеятельность. Так, к примеру, здание на улице Пушкина, где находились оперативно-технический отдел, пятый отдел и отдел города Риги, охраняло Земессардзе. Позвонил сотрудникам и спросил, как у них дела. Выяснилось, что они старались освободиться от телефонных записей, от всей оперативной информации, которую получали с применением разных технических вспомогательных средств. Таких материалов было довольно много. Их определенное время хранили, потом уничтожали. Для обычного уничтожения, когда материалы везли на сжигание, времени не было.

На улице Пушкина для рабочих надобностей хранился хороший спирт – для протирки техники. Этот спирт наши сотрудники распили сами и земессаргов угостили. Поначалу те угощались осторожно, потом осторожность пропала. Спирт есть спирт. Понемногу повеселели. Наконец, когда всем стало хорошо, атмосфера дружеская, наши решили взяться за дело, начали носить во двор и сжигать бумаги. Земессаргам стало скучно на это смотреть, и в конце концов они сказали: «Мы можем вам помочь, если еще нальете по сто грамм». Таким образом и закончились все бумаги и записи. Когда уже в полночь начали гореть исторические свидетельства, некоторые земессарги в шутку спрашивали: «Эй, у вас больше нечего жечь?» Спирт хранился в 20-литровой канистре, и так дружески в ту ночь они ее выпили досуха.

Это было полной самодеятельностью, потому что контролировать все у меня просто не было времени. Хватало забот со зданием на улице Стабу. Только после этого выяснилось, что со сжиганием они перестарались и спалили коммуникационные схемы, по которым можно было найти кабели связи под Ригой.

Схожий хаос царил в помещениях седьмого отдела комитета на улице Менесс. Оттуда вся техника и документы пропали в неизвестном мне направлении».

Сотрудники КГБ подчищали хвосты 8 месяцев после путча

Эдмунд Йохансон также указал, что новая латвийская власть на основании договора между Латвией и Россией позволила сотрудникам КГБ работать на своих местах после августовского путча 1991 года еще восемь месяцев. Это позволило вычистить все скандальные свидетельства прошлого.

«Это было очень важно для комитета, потому что многие сотрудники были в отпусках, кто-то болели, в сейфах было много частных вещей – заметки, документы, сообщения агентов, блокноты с именами и телефонами агентов и доверенных лиц, а также другие матриалы, – пишет Йохансон. Это все компрометировало и самих сотрудников, и тех людей, которые были там упомянуты. Никто же не знал, что находится в сейфах сотрудников. Если бы провели обыск, открылось бы много интересного. В тогдашней политической ситуации любой вышедший наружу материал вызвал бы множество политических спекуляций. Против отдельных сотрудников могли бы возбудить уголовные дела. В процессе освобождения сотрудников шло и беспрерывное отсылание документов в Москву. Мы восемь месяцев могли свободно работать и приводить в порядок свои бумаги».

В окончательном сообщении парламентской следственной комиссии по оценке деятельности Верховного Совета и Совета Министров (так называемой комиссии Роберта Милбергса) от 8 сентября 1994 года несколько разделов посвящены перенятию документов КГБ. Там можно прочесть, что «в августе 1991 года самоуправления, по большей части, медлили с перенятием районных комитетов КГБ, назначением охраны и опечаткой помещений, с остановкой работы этого комитета. Поэтому в сентябре, когда началось перенятие имущества, архивы и оружие были не обнаружены».

Следственная комиссия отметила, что в Салдусе, Елгаве и Бауске все было перенято у КГБ своевременно. Но возникла другая неприятность: «Один абсурд создавал другой абсурд. Например, из Баусского района документы КГБ в двух мешках самоуправление передало на улицу Стабу сотруднику кадрового отдела КГБ Берзиньшу, а оружие – начальнику склада КГБ Сарафанову. Разумеется, эти материалы позже были уничтожены».

Источник - freecity.lv

Рекомендованно для вас

Комментарии

  • 123 3 Мая 2018 10:16

    о чем статья ,было не было ,дикари даже то что на блюдечке досталось просто просрали