19 Октября 2017 13:14
Новости
Все новости
  9:25    22.5.2017

Версия: разговоры об «откатах» не помешали закрыть дело о рижском колумбарии

Версия: разговоры об «откатах» не помешали закрыть дело о рижском колумбарии
vesti.lv
«Пустое дело», доказывающее что борцы с коррупцией проводят политические акции против Рижской думы. Такую формулировку столичный городской голова регулярно использует, когда речь заходит о задержании директора Департамента жилья и среды Анатолия Алексеенко 4 года назад. По подозрению в требовании взятки в 100 тысяч евро Бюро по предотвращению и борьбе с коррупцией (KNAB, БПБК) 4 года назад начало против директора Департамента жилья и среды Анатолия Алексеенко уголовный процесс. Год назад процесс был закрыт.
Передаче Латвийского телевидения De facto удалось ознакомиться с соответствующим решением KNAB — из которого видно, насколько свободно тогда объявленная сегодня в международный розыск Ария Стабиня (на фото) и хорошо знакомая ей представительница российских инвесторов обсуждали «откаты» и переговоры с политиками Рижской думы.

Более 10 лет назад Рижская дума решила, что на ул. Вароню, неподалеку от крематория, должен появиться колумбарий — место захоронения праха кремированных. Был подготовлен технический проект, однако не найдены инвесторы, готовые вложить более миллиона латов в строительство. Колумбария на Вароню нет до сих пор. Вместо него почти завершен куда более скромный объект на территории Второго лесного кладбища, построенный полностью за думские средства — 175 тыс. евро. 

Деньги на пепел

Пять лет назад директор Департамента жилья и среды Анатолий Алексеенко в СМИ говорил, что на колумбарий на Вароню могли бы построить иностранные инвесторы — украинские или российские, однако строительству мешает бюрократия.

Одним из этих инвесторов, как выяснила De facto, был Денис Виноградов, на тот момент — генеральный директор Главного информационно-вычислительного центра российского Министерства культуры. И сейчас Виноградов трудится на государственной ниве — советником директора Федерального института промышленной собственности. С 2013 года ему принадлежат доли в латвийской компании Juridiskais birojs G&G стоимостью 140 тысяч евро.

В телефонном разговоре с De facto по поводу проекта колумбария Виноградов высказывался сдеражанно: «Предложение, которое тогда было, совершенно не вязалось с тогдашним законодательством. Требовались инвестиции, но никакой защиты у них не было».

В Риге интересы Виноградова представляла Татьяна Соколова, член правления фирмы ST Fondi. Ее главным контактом в думском департаменте жилья и среды была тогдашняя начальница Квартирного управления Ария Стабиня.

Сто тысяч евро как доказательство серьезности намерений

Из материалов уголовного дела, согласно De facto, следует, что в феврале 2012 года в рабочем кабинете Стабини произошла встреча. В ней участвовала сама Стабиня, ее начальник Алексеенко и Соколова. Упомянув думский конкурс на право аренды недвижимости для колумбария, Алексеенко указал, что заинтересован в победе представляемого Соколовой инвестора — мол, Стабиня говорила, что с Соколовой можно сотрудничать.

табиня шепотом сказала, что это обойдется в 100 тысяч евро. Алексеенко, соглашаясь со сказанным Стабиней и глядя на Соколову, показал пальцем на Стабиню.

На это Соколова ответила, что это нормально и она на такие условия согласна. Позднее в KNAB она показала, что таковы были условия Стабини и Алексеенко — 100 тысяч и право аренды на 12 лет — чтобы «ее» инвесторы выиграли проект колумбария.

Алексеенко после просмотра записи разговора в KNAB заявил, что показания даст письменно. В них он утверждал, что упомянутые Стабиней 100 тысяч — сумма обеспечения, призванная доказать, что инвестор серьезный и располагает хотя бы десятью процентами от стоимости проекта. В ходе конкурса была бы запрошена выписка с банковского счета.

«На этой записи — если вы ее получите — видно, как я говорю — «Мне нужны бумаги». Именно в этот момент я руку и поднял. «Мне нужны доказательства, что в нашем латвийском банке [у них] есть 100 тысяч. Тогда я поверю, что инвестор нормальный и готов вкладывать в этой стране. И ничего больше», — заявил De facto сам Алексеенко.

KNAB, правда, не получил доказательств тому, что требование 10-процентного обеспечения до начала закупки было обычной практикой департамента. Самое крупное обеспечение, запрошенное в предыдущие два года, составляло 6,4% от сметы проекта.

KNAB зафиксировал также, как Алексеенко рассказывает Стабине, что документ нужно принести за два дня до срока, чтобы исправить ошибки — потому что без ошибок документы не приносит никто, а тот единственный, кто это делает, и побеждает. По мнению Алексеенко, и это не выглядит, как коррупция, поскольку департамент всегда помогает претендентам: «Но в данном случае все равно был бы один претендент. Потому что он единственный был готов вложить в нашу землю миллион и через 12 лет подарить [объект] Риге».

Скромные латвийские «откаты»

Уходя со встречи в кабинете Стабини, Алексеенко говорит, чтобы о развитии событий его информировали через Стабиню. Днем позже Алексеенко по телефону сообщает Стабине, что обоим проектам дана «зеленая улица». Стабиня звонит Соколовой и говорит, что ей сделано предложение, которое будет высказано устно. Еще через день Стабиня по телефону приглашает Алексеенко на встречу, чтобы обсудить то, что он еще не рассказал, и, то, о чем говорили у Вячеслава. Вероятнее всего, добавляет De facto, имелся в виду депутат Рижской думы и глава профильного комитета В.Степаненко.

Еще через несколько часов в кабинет Стабини входит Соколова. Стабиня шепотом информирует, что «он» был у Степаненко, который поговорит с вице-мэром Андрисом Америксом и мэром Нилом Ушаковым. Алексеенко думает, что соглашение будет достигнуто. Соколова же рассказывает о своих инвесторах:

серьезные люди из российского министерства. Денег у них много и «откаты» проводят через Латвию. Хотя побольше заработать. А 20-процентный откат для россиян — ничто, нормальный «откат» — 60-70%, говорит Соколова.

Российский инвестор Виноградов в разговоре с De facto отрицал, что кто-то требовал у него взятку, а об «откатах» предложил спросить у самой Соколовой. Хотя предпринимательница от контактов с De facto уклонялась, с ней все-таки удалось созвониться: «У вас есть эти свидетельства? Ну так и используйте их, что вы еще от меня хотите! Нет у меня времени тратить свои силы, чтобы себе на хлеб зарабатывали. Занимались бы лучше чем-нибудь полезным для государства. Например, тем, как выдумываются законы, которые роют могилу Латвии. Почему закрываются программы, поднимавшие экономику».

И совсем уж рассердило Соколову напоминание о том, что она три года назад была приговорена к штрафу в 7000 евро за содействие взяточничеству и подделке документов. Взятка была дана объявленной в международный розыск Стабине — за оформление бессрочной аренды принадлежащей самоуправлению квартиры, с этой же операций связана и подделка документов.

Коса нашла на камень, и вопрос застрял

После февральского разговора в кабинете Стабини начался хоровод продолжительностью в несколько месяцев. Департамент собственности Рижской думы и его директор Олег Буров не согласились передать здание крематория и прилегающий к нему земельный участок в фактическое владение Департаменту жилья и среды — поскольку неясно, являются или нет услуги колумбария функцией самоуправления.

Алексеенко пожаловался на Бурова, который «даже туалет не согласится отдать», Стабине. Та передала информацию Соколовой. В одном из разговоров Соколова сказала: если переговоры зайдут в тупик, надо повлиять на Бурова. Ничего подобного не произошло, утверждает Буров: «К сожалению, и сегодня есть такие люди, с мышлением на уровне какого-то начала 90-х. И они, может быть, думают, что можно решать вопросы так, как в начале 90-х. Ну, мне таких жаль».

Из материалов дела видно, что Алексеенко несколько раз пытался добиться, чтобы глава отвечающего за его департамент думского комитета депутат Вячеслав Степаненко обсудил с вице-мэром Америксом продвижение вопроса колумбария. Было отправлено несколько писем комитета, состоялись и приватные переговоры. Например, в мае 2012 года после неких похорон, на которых он встретил руководство думы,

Степаненко по телефону сказал Алексеенко, что «начальство акцептировало реализацию первого вопроса». В своих показаниях Степаненко эту фразу объяснить не смог и допустил, что в тот момент был в состоянии опьянения после поминок. Обсуждать с De facto дело колумбария он не хотел, пообещав ответить письменно в установленном законом порядке. Депутат также упрекнул De facto, что дело «кончилось ничем, а вы теперь пытаетесь строить из себя KNAB-2».

Дело закрыто

В решении KNAB о прекращении дела упоминается, что вымогательство взятки прервано на стадии попытки под влиянием нескольких внешних обстоятельств, например, возражений Департамента собственности и задержания Стабини в рамках процесса по Квартирному управлению. Зафиксированные разговоры и действия должностных лиц указывают, что у Алексеенко и Стабини, возможно, был умысел получить взятку за продвижение в интересах Дениса Виноградова договора об аренде земли для колумбария. Однако

в ходе следствия не удалось рассеять разумные сомнения в виновности подозреваемых, а получить дополнительные доказательства не представилось возможным.

Поэтому процесс был прекращен и в отношении возможной пособницы во взяточничестве Татьяны Соколовой.

Расследовавший дело колумбария сотрудник KNAB в бюро больше не работает, а прокурор Отдела по расследованию особо важных дел Генпрокуратуры Арвис Мигланс, акцептировавший закрытие дела, от комментариев De facto воздержался. Поэтому, резюмирует передача, неясно, в какой мере на следствие повлияла невозможность допросить Стабиню, которую вот уже почти четыре года не могут найти латвийские правоохранительные органы.

Источник - rus.lsm.lv 

Рекомендованно для вас

Оставить комментарий

Криминальный топ 3

Криминальный топ 3

Читать все новости »

Комментарии

Комментарии